Но дверь хочешь не хочешь, а открывать надо: никак Данила с компом разбираться пришел. С трудом поднявшись на ноги, Игорь побрел к входной двери, по дороге проверяя целостность собственного, выдержавшего электрический удар тела. Тело оказалось целым, разве что кожа под браслетом, будь он в очередной раз неладен, приобрела ярко-малиновый ожоговый оттенок.

— Ты чего — спишь, что ли? — подозрительно осведомился Данила, заходя в квартиру и принюхиваясь. — Вроде трезвый. А то я пиво принес...

— Ага, сплю. — Игорь посторонился, пропуская товарища и закрывая за ним дверь. — Чуть вечным сном, блин, не уснул. Проходи в комнату, я сейчас тебе такое расскажу — не поверишь. А пиво и у меня есть, как для тебя — так всегда!

— Это хорошо... — со свойственной людям его широты основательностью (родом Данила был из Мурманска) ответил тот. — Пива много не бывает, а без него к компу подходить не рекомендуется. Ты же сам знаешь. — Любовь товарища к пенному напитку давно стала темой незлых дружеских шуток — и вообще притчей во языцех. — Комп — он тоже человек, к нему подход нужен. Вот я тебе прогу «Собутыльник» давал?

Игорь поморщился: упомянутая «прога», которую он, поддавшись уговорам друга, однажды установил-таки на свою машину, во-первых, оказалась «с нагрузкой» в виде неопасного, но все-таки не сильно приятного вируса, а во-вторых, стоила ему серьезного разговора с супругой, решившей было, что ее благоверный пал столь низко, что в ее отсутствие уже пьет в обществе компьютера. В конце концов мир в семье был восстановлен, злополучная программа деинсталлирована, а Данила реабилитирован в глазах жены за неоценимую помощь в переезде на новую квартиру и случившемся после него ремонте...

— Давал. — Игорь постарался поскорее уйти от темы. — Пошли в комнату. Тебе из холодильника?

— Ага, тащи! А то мое совсем нагрелось, пока к тебе дошел. — Данила потряс позвякивающим целлофановым пакетом. — Счас мы его остужать забросим. — Он по-хозяйски отодвинул Игоря плечом и двинулся на кухню. Чмокнув уплотнителем, раскрылась дверь холодильника, и спустя секунду раздался радостно-оптимистичный вопль: — Ух ты, у тебя и рыбка копченая есть?! В общем доступе, надеюсь? Повезло!

Игорь улыбнулся: нет, все-таки друзья — это, как говорят в Одессе, «чего-то особенного»! И пошел в комнату: не маленький, сам разберется. Тем более что рыба в любом ее физическом и кулинарном состоянии значила для Даньки гораздо больше, нежели для него.

Спустя пару минут друзья уже сидели на диване, и Игорь рассказывал наслаждающемуся пивом с рыбой Даниле печальную историю своих вчерашних и сегодняшних приключений. В принципе сам факт находки браслета, его необъяснимой самоактивизаици и случайного удара электротоком привыкшего мыслить основанными на строгой «машинной» логике категориями сисадмина особенно не впечатлил. Или он Игорю попросту до конца не поверил. Хотя браслет осмотрел с интересом, собственноручно убедился в его абсолютной неснимаемости (пятно от растительного масла расположилось на ковре весьма удачно — шанс на то, что возвратившаяся супруга ничего не заметит, был весьма велик) и даже предложил (в шутку, конечно) разрезать загадочную штуковину пилой-«болгаркой».

Убедившись, что последнее предложение не вызвало у друга особого оптимизма, Данила довольно фыркнул и, решительно отставив бутылку, подсел к отказывающемуся «фунциклировать» компьютеру. Игорь тоже пересел поближе и слегка обиженно осведомился:

— Так ты чего, не веришь, что ли?

Данила, не отрываясь от темного пока что монитора, пожал плечами.

— Да нет, почему — верю.