Никогда.

Когда он увидел Ника, то склонил голову, как опасный хищник, который почуял свежее мясо. Один его глаз был ярко-зеленым, а другой — темно-коричневым, как земля. Этот резкий контраст пугал. И к еще большему шоку, его лицо было лицом Калеба в человеческой ипостаси. Та же волевая челюсть. Тот же орлиный нос, приподнятые брови, смуглая кожа и темные как ночь волосы. Они даже были одинакового роста и телосложения.

Единственное различие было в длине волос. У Калеба они были короткими, а у отца — до плеч. А еще у отца была более холодная и угрожающая манера поведения.

Более зловещая.

Ник и не думал, что такое возможно.

И когда он повернулся к Ксеву, его глаза полыхнули красным. Затем зеленый амулет на его шее засветился неземным светом и выстрелил в Ксева так сильно, что поднял его в воздух и впечатал в стену за ним.

— Я тебя предупреждал! — рявкнул он на Ксева, сократив расстояние между ними. — В этот раз я вырву твое бесполезное сердце и скормлю его тебе!

Глава 8

Ник пытался добраться до Ксева, чтобы помочь ему, но какая-то невидимая сила удерживала его на месте. Он не мог ни двигаться, ни говорить.

«Коди?»

Она могла лишь вращать глазами.

«Я тоже заморожена. Джейден задержал меня».

Он мог лишь в ужасе наблюдать, как древний бог схватил Ксева за горло и прижал его к стене. Раненый и истекающий кровью Ксев был так же беспомощен против отца, как и они.

Его дыхание стало затрудненным, но он бесстрашно посмотрел отцу в глаза.

— Убей, если нужно, но помоги Малфасу. Он нес твое знамя и заплатил за это высочайшую цену. Меньшее, что ты можешь сделать — спасти ему жизнь. Он нужен Кэм в этой битве. Без него погибнет Джаред. Если у тебя есть чувства к кому-то, кто не спрятался с тобой, то спаси их.

Чистый гнев и ненависть исказили прекрасные черты Джейдена, и он зарычал на сына.

— Что ты сделал с ним в этот раз?

Ксев горько рассмеялся.

— Зачем спрашиваешь, если не поверишь ни единому моему слову?

В этот момент Ник увидел у себя в голове странную картинку. Но так как он больше не держал амулет, то не знал, откуда она появилась. Он увидел Ксева с Майон. Высокая и гибкая, она была великолепна.

Верх женского совершенства. Неудивительно, что Ксев потерял от нее голову.

У изящной и элегантной Майон были темные волосы, которые мягкими волнами спадали до ее талии. Именно в такие волосы парень хочет зарыться руками и лицом.

У нее было круглое лицо ангела, большие глаза, миленький носик и крупные губы. Ее кожа была золотистого оттенка, как будто была сделана из золота или им покрыта. Даже крылья казались отлитыми из него. Босоногая, она была одета в тонкое красное платье, которое оставляло открытым поцелованное золотом плечико.

На Ксеве была древняя бронзовая кольчуга, которая двигалась, как чешуя дракона, его красные сапоги с золотыми пряжками сочетались с его плащом. В центре его бронзового нагрудника была изображена отвратительная, ужасная химера. Его угольно-темные волосы гармонировали с переливчатыми крыльями, и у него были нормальные голубые глаза. Ксев выглядел, как совершенно другой человек. Ник едва узнал его.

Бледные глаза Ксева сверкали озорством, когда он прошмыгнул с ней в маленькую комнату древнего храма — нечто вроде комнаты оракула, освященную настенными канделябрами, которые отбрасывали тени.

— Тебя не должно здесь быть, — выговаривала она ему. — Что, если кто-то видел тебя?

Абсолютно нераскаивающийся Ксев одарил ее таким горячим поцелуем, что Нику было неловко наблюдать за ним. Он отстранился с тихим стоном.

— Я должен был прийти. У меня есть информация о планах битвы моей матери, которую тебе нужно знать.