Включив свет, он позволил друзьям войти.

— Здесь никого нет.

Коди закусила губу.

— Почему они напали на магазин? Кажется, там она даже сильнее, чем здесь.

Ник взял старое фото с ним и Меньярой на празднике в честь его трехлетия, он сидел у нее на коленях, а она его обнимала. Сколько он себя помнил, она держала его на полке. У него была точно такая же в спальне.

— Может, потому что могли войти туда. Это личное пространство, злу сюда не войти без приглашения. Магазин — нейтральная территория, в нем защитные знаки не так сильны. Они могли войти до того, как она разберется в том, кто они на самом деле.

— Наверное, это так, — Коди обняла себя, и все они начали искать улики. Это напугало его. Коди делала так только когда ей было больно в душе и она нуждалась в утешении. — Ты в порядке, милая?

Она порывисто вздохнула.

— Устала хоронить любимых. Всплыли дурные воспоминания.

Ник поморщился от ее слов, которые пробудили череду картин и в его голове. Он видел свой будущий дом и его маму. Он содрогнулся от картины ее смерти и помотал головой, чтобы прогнать видения, о которых не мог думать.

— Ник, ты в порядке?

— Да, очередное видение. Начинаю жалеть, что прикоснулся к Глазу. Это напоминает о том, почему наркотики — плохая идея. Это невыносимо. Зачем кому-то в трезвом уме так поступать с собой?

Она погладила его спину и нахмурилась.

— Ты снова горишь, — Коди положила руку ему на щеку. — Ты в порядке?

— У меня холодные руки, а так все хорошо.

Она взяла его за руку.

— Они не холодные, а ледяные. Калеб, потрогай.

Он нахмурился, подошел и сделал так, как она велела. Его челюсть отпала.

— Ты как труп.

Неожиданно Ник услышал шепот в эфире вокруг себя. Он был тонким, неуловимым, едва слышным. Его могли обнаружить лишь способности Малачая.

Комната и его друзья исчезли. Он больше не был дома у Меньяры…

Он не знал, где оказался. Место было каким-то незнакомым. Он не мог понять, где это.

Затем он увидел Ашерона…

Нет, не Эша. У этого мужчины были короткие кудрявые волосы и голубые глаза, а не серые затягивающие, как у Эша. Но во всем остальном он был точно таким же. Тот же огромный рост, то же телосложение воина. Одетый в черные доспехи, напоминающие о древней Греции и о материалах будущего, он ворвался в незнакомый Нику дворец, где столкнулся с шикарной светловолосой женщиной. Ее волосы блестели во тьме. Там было так темно, будто свет никогда не проникал туда.

Ее платье было сделано и черного материала, настолько легкого, что оно было как облако вокруг ее тела. Она была типичным примером королевы, но отличалась силой и яростью. Когда она повернулась к нему, у нее оказался тот же водоворот серых глаз, что и у Ашерона, а черты лица напоминали его и Стикса.

— Что ты тут делаешь? — она переместила взгляд на армию Чаронте, которую тот привел с собой.

— Ашерон прислал меня эвакуировать тебя.

Она рассмеялась.

— Куда? Я не могу уйти, и он это знает.

— Амброуз открывает для тебя врата. Они с Ашероном готовятся столкнуться с войсками Киприана.

Ее взгляд смягчился, и она окинула его тело своими странными глазами.

— Где твоя семья?

— Там, где ей и положено быть.

Ее глаза наполнили слезы.

— Не могу поверить, что мы так обманулись. Я пойду, чтобы они сражались и не волновались за меня. Но перед этим… — она потянула цепочку с шеи, и появился пузырек, спрятанный у нее на груди.