Калеб подошел к нему и отодвинул воротник его черной рубашки, чтобы осмотреть шею. Ник не понимал, для чего он это делает. Но было очевидно, он искал что-то конкретное на коже Завида.

— Как у него вообще получилось тебя поймать?

— Ливия. Сучка сдала меня ему. В одно мгновения я защищал ее, а в другое… — Его глаза вспыхнули красным. — Если когда-нибудь получу шанс вернуть должок, я перережу ей горло и искупаюсь в ее крови.

Ник сочувствовал ему. Он мог только представить, как сильно они всячески издевались над ним, особенно учитывая то, как страдал Завид, находясь у Хэл.

— Почему твоя сестра не сказала нам, где ты был?

— Они уничтожили ее душу. — В его глазах собрались слезы. — За это я убью Грима. Теперь это моя личная битва. И я не успокоюсь, пока не уверюсь, что он почувствует мой гнев сполна.

Калеб похлопал его по спине и отошел.

Ксев вопросительно посмотрел на него.

Калеб, склонив голову, ответил искренним взглядом.

— Он чист и говорит правду. Наш отец отпустил его без клейма. Он снова с нами, свободный от их власти.

Завид изумленно посмотрел на них.

— Верлин ваш отец?

— Ага.

Вон поморщился.

— Было жаль бросать его. Никогда не думал, что пожалею такого, как он. Но мы обязаны ему всем. Он подставил свою спину под удар и взял на себя всю тяжесть наказания Темного.

— Кого? — спросила Коди.

— Мавронимо. — рассеянно ответил Ник, откуда ему было знать…, впрочем, он знал откуда, просто его способность понимать языки, которые он никогда не изучал, все еще ошеломляла его. — Есть ли какой-нибудь способ освободить его?

Они одновременно кивнули. Калеб похлопал его по плечу.

— Есть такие проблемы, которые не под силу даже великому Малачаю.

— Легче не стало.

Точно так же, как и не стало легче от того, что Меньяра отремонтировала дверь поднятием руки, бормоча что-то на первобытном языке, так, будто с ней ничего и не случилось. И будто это нормально, так управлять вещами.

Ник надулся.

— Тетя Менни, ты могла это сделать до того, как монстры довели твоего любимого Страшилку до сердечного приступа.

Ухватив его за подбородок, она фыркнула.

— Здесь много что сделано не так.

— Думаешь, это может быть связано с гибелью Оруженосцев?

Меньяра застыла от вопроса Ника.

— О чем ты?

— Эш и Кириан говорили об этом. Была большая эпидемия смертей Оруженосцев. Они предположили, что это связано с атаками Даймонов.

— Или с чем-то похуже. — Меньяра взмахнула рукой. С полки к ней подлетела старая книга и осталась парить в воздухе рядом. Используя свои силы, она пролистала ее. — Думаю, мы имеем дело с Дивами.

Калеб нервно хихикнул.

— Они вымерли.

— Предположительно, — пробормотала Меньяра.

Ник был уверен, что у него было такое же перекошенное лицо, как и у Ксева, Коди и Калеба.

— Тетя Менни, я думаю, от лица всей группы могу сказать, что нам не нравится это слово. Не то, чтобы я знаю, что такое Дивы, но твой тон подсказывает мне, что полный отстой быть человеком, когда вокруг есть хоть один из них.

— Хорошо подытожил. И это правда, — Калеб шагнул поближе к книге. — И в этом есть смысл. Дивы истощают силы. И им требуется человеческая плоть, чтобы они могли выжить…

— И, возможно, меня заперли в той же реальности, куда были изгнаны их лидеры.