Стивен, конечно, продемонстрировал ей пару виражей и переворотов, а также вхождение и выход из пике. Заодно прошелся на бреющем полете, на сверхмалой высоте, с огибанием «неровностей местности», как это говорится на официальном языке. То есть стремительно пронесся в гористой местности над самыми верхушками скал и между ними, едва не сбивая деревья и булыжники кромкой крыльев. Но все в весьма щадящем режиме, в смягченном варианте, и заранее предупредив. Так что это испытание она выдержала вполне благополучно и достойно. Взывать о помощи и милосердии не пришлось. И даже завтрак в желудке сохранился.

Она выдержала это крещение и преодолела очередной психологический барьер. Конечно, после такого ревущего и ошеломляющего полета свой собственный самолет покажется милым и домашним. Даже каким-то чисто женским, что-то вроде автомобиля-малолитражки для домохозяек. Кстати, она уже давно его не навещала. Малютка так и стоит в ангаре в гражданском аэропорту. Заждался свою хозяйку. Ей так и не удалось сломить оборону военных. Даже ее женское обаяние не помогло. Полковник Паттерсон жестко заявил, что это закрытый военный объект, и пока он жив, никаких гражданских самолетов он сюда не допустит ни под каким видом. На базу из посторонних может приземлиться только самолет президента США, и то только потому, что он является главнокомандующим.

Ну что ж. Полет успешно закончился, положив конец длительным волнениям и сомнениям. Теперь этот психологический груз сброшен с плеч, и можно спокойно заняться собой и своими делами.

Да, и нехорошо все же забывать в такую минуту о человеке, который обеспечил ей этот триумф. Радость, разделенная с другим, — это двойная радость. Почему бы не сделать исключение из собственных правил? Будет вполне приличным и оправданным навестить героя дня в его логове. Надо надеяться, что он окажется дома. Конечно, лучше было бы заранее договориться, но экспромтом будет даже интереснее. Тем более что перед вылетом, насколько помнится, она обещала ему невинный поцелуй в качестве дополнительной платы за услуги. Однако целоваться в самой кабине было неудобно, мешала перегородка. А по завершению полета, на земле, ее ждала целая толпа сопереживающих поклонников, пациентов и просто любопытных, во главе с самим командиром базы. И при них неудобно было исполнять определенные обязательства. Не так бы поняли.

Да и сама торжественность встречи отвлекла от крамольных мыслей. Она даже не ожидала такого ажиотажа и соответствующих ритуальных церемоний. Ей торжественно вручили летные крылышки для ношения на груди и эмблему авиабазы для крепления на плече. А чтобы было на что крепить, подарили также кожаную летную куртку, такую же, как у Стивена. Так что если облачиться во все это великолепие, то вполне можно сойти за профессионального пилота на отдыхе. Осталось только гоночным мотоциклом обзавестись для полноты образа, и можно будет стать «своим парнем» в этой кампании избранных. Классический пример последствий эмансипации двадцатого века.

Да, пожалуй, навестить Стивена будет правильным решением. Тем более, что сегодня больше заниматься ничем серьезным не хочется. Не то настроение. Да и вообще, было бы неплохо отметить такое событие в кампании друзей, где-нибудь на вечеринке. Или пойти в местный офицерский бар. Правда, одной это делать как-то неудобно. У нее бар всегда почему-то ассоциировался с определенным типом женщин, ищущим себе дружка или клиента на ночь. Абсурд, конечно. Какие-то архаичные пережитки во взглядах.

Итак, решение принято, надо действовать. Она стремительно приняла душ и облачилась в свое наиболее завлекательное и откровенное платье, с соответствующими бельевыми аксессуарами.