Я молча сидела и хлопала глазами, поскольку все мои мысли были только о Джессе.

— Я же говорил. — Адам снял колпачок с двухстороннего маркера, поднес маркер к носу и втянул воздух. — Нам нужно написать: «Голосуйте За Сьюз: Она Не Отстой».

— Келли прицепится к формулировке, — отмахнулась Ки-Ки. — Нам в мгновение ока влепят иск о защите чести и достоинства за намеки на то, что Келли — отстой. Ты же знаешь, что ее папа — адвокат.

Адам закончил с нюханием маркера и предложил:

— Как насчет «Сьюз Правит Мудро»?

— Никакой рифмы, — заметила Ки-Ки. — Кроме того, это намек на то, что ученический совет — это монархия, что, разумеется, вовсе не так.

Я рискнула украдкой бросить взгляд на Джесса, чтобы понять, как он все это воспринял. Однако он, как оказалось, не обращал внимания на наши разговоры, сверля взглядом розы Пола.

Боже, вернусь в школу — придушу этого парня, подумала я.

— А как насчет «Саймон говорит: «Голосуй за Сьюз»[1]? — предложила я, надеясь поторопить Ки-Ки с Адамом, чтобы снова получить немного уединения с моим возможно-будущим-бойфрендом.

Ки-Ки, стоя на коленях над плакатом, резко вскинула голову и задумчиво посмотрела на меня. Косые лучи солнца в моих окнах, выходящих на запад, заставили ее белые волосы блеснуть золотом.

— «Саймон говорит: «Голосуй за Сьюз», — медленно повторила она. — Ага. Да, мне нравится. Отличная идея, Саймон.

С этими словами она склонилась над частями плаката, раскиданными по полу, и начала выводить на них слоган. Было понятно, что ни она, ни Адам не покинут мою комнату в ближайшем будущем.

Я опять бросила взгляд на Джесса, надеясь как можно незаметнее дать ему знать, как мне жаль, что нас прервали.

Но, к своему глубокому сожалению, увидела, что он исчез.

Как это типично для парней. Я имею в виду, вот вроде бы наконец наступает момент, когда он, судя по всему, готов сделать Великое Признание — каким бы оно ни было — и вдруг бац! Он испаряется.

Еще хуже, если он, ко всему прочему, мертв. Потому что я даже не могу отследить его по номеру машины или чему-то в этом роде.

Хотя, наверное, сложно его винить за уход. Ну то есть я, наверное, тоже не захотела бы болтаться в комнате, — которая сейчас провоняла маркерами, — с толпой народа, которые меня не видят.

И все же я не могла не гадать, куда ушел Джесс. Во мне теплилась надежда, что он отправился следить за Нилом Янкоу, чтобы мне не пришлось иметь дело с очередным призраком — братом Нила Крейгом. Но мне все еще не давала покоя мысль, когда же Джесс вернется.

И только когда мой взгляд опять остановился на букете Пола, до меня дошло самое страшное. А именно, что вопрос заключался не в том, когда Джесс вернется. На самом деле главным было, вернется ли он в принципе. Потому что, если вдуматься, с чего бы ему вообще захотелось приходить сюда снова?

Я заверила Ки-Ки с Адамом, что не плачу.