Как только дед вышел с этого яруса, на вход упала светящаяся решетка. Беловато-синее свечение было похоже на то, что освещало крышки гробов.

— Это защита от некроэманаций, — процедил всё ещё дующийся на нас Вюрт, когда я упомянул при нём об этом свечении. — Чтобы покойнички не поднялись и не принялись бродить по замку, пугая живых.

— Ну, эти точно не поднимутся, — ответил дед, заходя в холл. Мы собрались здесь, после того, как ещё раз проверили открытые для нас помещения. — Столько лет не поднимались, не думаю, что сейчас захотят.

— Да защите плевать, она универсальная, — сказал Вюрт, и закрыл глаза, всем своим видом показывая, что спит.

Я взял майку со штанами и уже хотел пойти в душ, как посредине лестницы появилось свечение, которое очень быстро прияло человеческое очертание. От неожиданности я уронил одежду на пол, а фигура дошла до подножия лестницы и остановилась.

— Ну, ничего себе, — пробормотал Вюрт по-русски с диким акцентом. Я же пару раз моргнул, а фигура сделала шаг в нашем направлении.

Глава 14

Фигура приблизилась, и остановилась напротив нас. Это был всё тот же светящийся силуэт, не имеющий четких очертаний. Постояв в полной тишине примерно минуту, фигура начала меняться. По всему светящемуся силуэту прошла крупная рябь, которая практически сразу сменилась рябью более мелкой. Контуры фигуры поплыли, и я разглядел волну нулевого порядка? Это что, голограмма? А где передающее устройство?

Я даже начал озираться вокруг, ища взглядом проектор. Ну не может же такого быть, что голограмма появляется и настраиваемся сама собой? Или может? А если она магическая? Стоя напротив странного феномена я терялся в догадках, выстраивая в голове одно предположение за другим.

А фигура в этот момент приобрела окончательные очертания. Рябь, как и свечение исчезли, и теперь мало кто сумел бы отличить её от человека. Перед нами стояла женщина весьма похожая на Мерлин Монро. В её знаменитом белом платье.

От неожиданности я потерял дар речи. Блямс! Звук упавшей на пол куртки прозвучал громом. Это дед впал в ступор и выпустил из рук свою куртку, которую взял со стула ещё до того момента, когда появилась фигура. Я-то свою одежду сразу уронил. Старики оказались покрепче.

— Ваша реакция указывает на то, что образа для общения выбран неверно, — Мерлин заговорила приятным голосом, который, тем не менее звучал несколько механически. Он был напрочь лишен каких-либо эмоций. — Я пытаюсь принять тот облик, который поможет нам установить полноценный контакт. Так вы лучше сможете усвоить полученную информацию. Делаю я это, основываясь на ваших предпочтениях, которые выявились при первичном сканировании. И хоть этот образ не вызывает отторжения, для введения вас в курс дела он не подходит. Хорошо, попробуем ещё раз.

Фигура мигнула несколько раз и на этот раз через несколько секунд перед нами стояла горничная. В таком миленьком платьице и белом переднике. Вот только платье было ну очень короткое, а вырез на лифе ну очень глубокий. Да на ней ещё были надеты туфли на высоких шпильках.

Деды, и даже Вюрт как по команде посмотрели почему-то на меня.

— Что вы на меня уставились? — прошипел я, с трудом отводя взгляд от горничной.

— Ну, у тебя и вкусы, — за всех ответил Вюрт. — Ты где такую пошлятину высмотрел?

— В немецких фильмах, в основном для взрослых, — язвительно ответил я. Неужели вот это — мои предпочтения? Или сказывается тот факт, что у меня уже почти три месяца никого не было? Так уж получилось, бывает.

— А я тебе давно говорил, Рома, хватит, как стрекозёл порхать.