— Ну, жить можно, — раздался голос Сергея, который вынырнул из неприметного бокового коридора. — Там всё, что нужно для жизни есть. Даже конюшня. Но она пустая. В ней нет даже намёка на лошадей. Зато рядом есть гаражи. А в гаражах техники уйма. На любой вкус и цвет. И запас бензина нехилый такой. Даже банька сложена. А в глубине, практически возле наружной стены часовенка. А за ней склеп. Склеп трехуровневый. Гробы массивные в стены задвинуты. Многие пустые, рядом с ними крышки стоят. Крышки светятся, магия не иначе. Так что, можно туда покойничков стаскать. Пускай бедолаги упокоятся с миром. Да и нам их куда-то девать надо, не оставлять же их вот так. Да и прибраться не помешает. Раз уже нам здесь пожить придётся какое-то время.

— Пока жратва не кончится, — мрачно добавил я. И вот что деда сюда тянуло-то?

— Не мандражируй, Рома. Прорвёмся. Придумаем, как выбраться, — дед поднялся со стула. — А пока давай, уже правда, похороним по-человечески этих бедолаг, да приберёмся немного. Может, ещё что найдётся полезное.

Я стиснул зубы и принялся раздеваться. Ничего немного померзну, зато одежду стирать не придётся. Потом в душ сгоняю, раз уж дед сказал, что он здесь есть. С тела трупные запахи легче смыть, чем с тряпок. Немного подумав, надел свои камуфляжные штаны. Их всё равно чистить надо.

Дед, глядя на меня, тоже переоделся.

— Моржи чёртовы, — проворчал Сергей. — Вот опять схватит спину из-за вас. — И принялся стягивать шинель.

Дальше началась не самая приятная работа в моей жизни. Начали мы стаскивать тела в склеп с кухни. Заодно я успел посмотреть почти всё, о чём говорили деды. Когда перетаскивали тела из столовой, Серега внезапно подпрыгнул и затряс рукой.

— Ах, ты, сволочь кусачая. — Он уронил тело рослого мужчины на пол, и уставился на медальон, который держал за цепочку. — Током долбануло, аж до макушки прошило. — Он внезапно задумался, потом повёл плечами. — А ведь спина перестала болеть, представляете? Как шандарахнуло, так и перестала ныть. Поди лечебный медальончик-то, — и, недолго думая, Сергей надел медальон на шею, после чего снова подхватил тело и потащил его к выходу.

Как оказалось, такой медальон был не один. Второй достался мне. Когда я ухватил подмышки высокого высохшего мужика с его шеи сорвалось подобное украшение и перекатилось мне на запястье. Ударило так, что слезы на глаза навернулись.

— Твою мать, — процедил я, как и Сергей, выпуская тело из рук. Ударов током больше не повторялось, и я принялся разглядывать доставшийся мне медальон. Это был даже не медальон, а серебряная бляха с выгравированной в центре пентаграммой. — Очень интересно.

Внезапно я почувствовал нечто странное. И быстро провёл по зубам языком. Что за… Провёл ещё раз. Так и есть, все пломбы, включая поставленную на прошлой недели, куда-то исчезли. Зубы стали абсолютно ровными и здоровыми. Похоже, правда, какая-то целительская цацка. Наверное, мне передалась безбашенность Сергея, потому что я тоже надел медальон на шею, и снова занялся нелёгкой работой гробовщика.

Мы не договаривались специально, но почему-то решили трупы не обыскивать и ничего с них не снимать. Уж не знаю, что нас удерживало от этого шага. Наверное, тоже, что им притащило деда сюда. Исключением стали медальоны.

Третий медальон нашёл дед, или, скорее, медальон нашёл деда. Потому что у меня сложилось впечатление, что это магическим игрушкам надоело пытаться воздействовать на мертвецов. Если, это, конечно, были всё-таки лечебные медальоны. Этот медальон дед получил от того самого мертвеца, которого мы нашли в холле. И он был последним, который занял своё место в склепе. Всех их мы поместили на самый нижний подземный уровень.