— А вот и мост. — объявил Фиксер. — Проверьте ВИДы.

Металлические мосты было куда проще засечь сенсорами, чем живой растительный материал на точно таком же фоне. Только вариации плотности выдавали его местонахождение. Скорчу приглядываться не требовалось.

— Можно подержать, мэм? — он отобрал гранатомет у женщины–вуки рядом. Она не стала за него слишком сильно цепляться. — Это ненадолго.

Большой мужчина–вуки проделал для Скорча окно. Мост десятью метрами ниже теперь был неподвижной мишенью, большой, вкусной и забитой ползущими сеповскими машинами. Скорч решил работать наверняка и прицелился в сам пролет, а не в тонкие живые тросы его поддерживавшие, и просто выпускал заряд за зарядом, пока в нем не стало больше дырок, чем самого пролета. Конструкция больше не могла выдерживать ни собственный вес, ни то, что по ней двигалось. Пролет треснул и распался на две болтающиеся секции, отправив тела, репульсоры и небольшие транспорты в зеленую бездну под ним.

Качирхо больше не была открыта для сеповских перевозок. Вуки торжествующе зарычали, потрясая вскинутыми к кронам наверху кулаками и оружием.

— Скорч. — сказал голос Этейн в его шлеме. — Энакка говорит, что ты отлично справился для маленького, розового и безволосого существа.

В любой битве невозможно представить себе ее полную картину, и даже победил ты или нет, как говорил Вэу, будут решать историки много лет спустя. Но Скорч чувствовал, что разрушение моста было поворотным моментов, и команда «Дельта» все еще была жива, так что, что бы там в конце концов ни решили историки — он победил.

Они победили. Хотя бы на этот раз.

Глава 13

«Я считаю, что вам необходимо это знать, Канцлер. Я понимаю, как стратегически важно каминоанское производство клонов для выживания Республики, и, как патриот, я считаю своим долгом передать данные материалы, явно происходящие из этого источника. Они ограниченны, и, возможно, не так важны, но их где–то нашли эти мандалориане, и я сомневаюсь, что они получены честными научными методами. Я также беспокоюсь и за свою научную репутацию, и я не хотел бы, чтобы сомнительное происхождение этих данных вызвало бы неудобные вопросы при любой номинации на Республиканскую Научную Премию.»

Нижние уровни, Корускант, 1080 дней после Геонозиса.

Скирата должен был понять, что что–то пошло неправильно сразу же, как он зашел в «Краггет».

— Привет, красавчик. — окликнула его Соронна, балансирующая подносами на обеих руках. — Ты случайно не видел Лазиму? Она так и не вышла на свою смену.

У него заледенело все внутри. Лазима была пунктуальна до безумия; она присматривала за Кэдом и расписания она придерживалась почище, чем это делали в ВАР.

— Схожу, проверю. — сказал он, скорым шагом направляясь к выходу через кухню

— Я вызывала квартиру. — добавила вслед ему Соронна. — Там не отвечали.

Скирата прибавил шагу, и по соединительному переходу промчался уже бегом; может ему и стукнуло шестьдесят, но сотню метров он мог пробежать почти также быстро, как и один из его молодых коммандос — особенно, когда его переполнял адреналин. Добравшись до дверей квартиры, он вытащил бластер и приготовил нож. Когда он отпер двери — квартира оказалась не просто опустевшей. Она выглядела выпотрошенной.

Скирата не был склонен к панике, но сейчас он лишился сразу и Лазимы и внука. Он бежал от комнаты к комнате, как–то умудряясь не забывать о правилах процедуры зачистки — на случай, если кто–то из его прошлого вернулся, чтобы свести счеты — и его трясло от страха за семью.