— Что значит «отложите»? — осведомился Джо. — То есть вообще с фашистами не бороться?

— Вообще.

Теперь уже настала очередь Джо подняться из кресла.

— Мистер Анаполь…

— Нет-нет, мальчики, послушайте. Вы оба знаете, что лично я никаких добрых чувств к Гитлеру не питаю. Больше того, я уверен, что в конце концов нам придется с ним разобраться и все такое. Но угрозы о бомбах? Безумные маньяки, живущие прямо здесь, в Нью-Йорке, которые пишут мне письма, суля проломить мою большую жидовскую башку? Нет, такое мне ни к чему.

— Мистер Анаполь… — Джо показалось, будто земля уходит у него из-под ног.

— У нас здесь, дома, куча проблем, и я не имею в виду шпионов и диверсантов. Гангстеры, продажная полиция. Еще всякое. Я не знаю. Джек?

— Крысы, — сказал Ашкенази. — Разные сикарахи.

— Вот-вот. Пусть Эскапист и его шатия-братия о чем-то таком позаботятся.

— Босс… — начал было Сэмми, видя, как с лица его кузена схлынула кровь.

— А кроме того, мне без разницы, что по этому поводу думает лично мистер Джеймс Лав. Я знаю компанию «Онеонта Вуленс». Члены тамошнего совета директоров — стойкие, консервативные джентльмены, настоящие янки, и они совершенно точно не намерены спонсировать то, из-за чего их потом к дьяволу разбомбят. Не говоря уж о «Мьючуал», «Эн-би-си» или куда мы в конечном итоге нашу ерундовину отнесем.

— Никого никуда не разбомбят! — заявил Джо.

— Один раз вы оказались правы, молодой человек, — сказал Анаполь. — Очень может быть, что тот раз был последним.

Сэмми сложил толстые руки на широкой груди, выставив локти наружу.

— А что, если мы не согласимся на эти условия?

— Тогда мы не даем вам никаких пяти процентов от Лунной Бабочки. Вы не получаете прибавки к зарплате. И ни цента радиоденег.

— Но мы сможем продолжать делать нашу работу. Мы с Джо по-прежнему сможем биться с проклятыми фашистами.

— Безусловно, — ответил Анаполь. — Уверен, Марти Гудмен будет безумно счастлив нанять вас обоих швыряться гранатами в Германа Геринга. Но здесь вас больше не будет.

— Босс, — проговорил Сэмми, — не стоит этого делать.

Анаполь пожал плечами.

— Это не от меня зависит. От вас. У вас есть час, — сообщил он кузенам. — Я хочу, чтобы все прояснилось до того, как мы встретимся с радиолюдьми. А это будет сегодня после ленча.

— Мне не нужен час, — твердо сказал Джо. — Нет. Отказать. Даже говорить не о чем. Вы трусы и слабаки. Короче, нет.

— Вот так вот, — добавил Сэмми. Обняв Джо за плечи, он повел его прочь из кабинета.

— Мистер Кавалер, — произнес вдруг Джордж Дизи, вытягивая свою тушу из кресла. — Мистер Клей. На пару слов. Вы позволите, джентльмены?

— Пожалуйста, Джордж, — сказал Анаполь, вручая редактору лист картона с рисунком Лунной Бабочки. — Наставьте их немного на ум.

Сэмми и Джо проследовали за Дизи из кабинета Анаполя в мастерскую.

— Джентльмены, — сказал Дизи. — Я дико извиняюсь, но чувствую, что назревает еще один небольшой спич.

— Без толку, — отозвался Сэмми.

— Пожалуй, данный спич скорее адресован мистеру К.

Джо закурил сигарету, выдул длинную струю дыма и отвернулся.