|
В этом случае только диафрагма стетоскопа касается тела человека. Врач может также склонить голову и поддерживать пациента, положив свою левую руку на его голую спину. Нельзя сказать, что в этом случае он будет слышать лучше, чем в первом, однако он будет находиться в непосредственном контакте со своим пациентом. И дело не только в том, что в этом случае общение приобретает личностный оттенок. Такое прикосновение может дать дополнительные данные для диагностирования. Иногда можно, например, уловить какие‑то признаки заболевания при прощупывании кожи или пальпировании подкожных тканей. Это гораздо больше, чем то, что можно извлечь при чтении учебника, – вы познаете это только в процессе обследования. Это медицина рукоположения, и сегодня, к сожалению, очень немногие врачи пользуются ею.
В зале воцарилась тишина. Даже репортеры прекратили шептаться. Балмер понравился им. Сенатор решил, что с ним лучше обращаться поделикатней и ни в коем случае не следует обрывать его. – Превосходно изложено, мистер Балмер, – улыбнулся Мак‑Криди. – Но почему поначалу вы сказали, что не хотели бы говорить обо всем этом перед нашей комиссией? – Ну... – Балмер говорил медленно, стараясь взвешивать каждое слово. – Исходная установка вашей комиссии, по‑видимому, состоит в том, что возможно разработать некоторый «Свод правил» для идеального медицинского обслуживания. Поэтому я не был бы удивлен, если бы мои соображения послужили основой для нового федерального свода правил, согласно которому каждый врач должен прикасаться к своему пациенту в ходе текущего обследования. В зале послышались смешки, затем раздались отдельные взрывы хохота, и наконец зал взорвался всеобщим громким смехом. Даже несколько человек из членов комитета застенчиво хихикали. Мак‑Криди был взбешен. Он не мог понять – то ли его специально разыграли, то ли заявление Балмера было действительно экспромтом. В любом случае этот паршивый докторишка насмехался над ним и над всем комитетом. Несмотря на то, что его выпад был искусно облечен в юмористическую оболочку, в нем скрывалось ядовитое жало. Мак‑Криди украдкой взглянул на сидящих поблизости членов комитета. Выражение их лиц вызвало у него тревогу. До сегодняшнего дня у сенатора не было ни малейшего сомнения в том, что его законопроект будет включен в «Положения о системе медицинского обслуживания». Настоящие же слушания обещали быть не более чем простой формальностью. Однако теперь у Мак‑Криди впервые возникли на этот счет кое‑какие сомнения. Балмер задел за больную струну, и члены комитета заколебались. Будь он проклят, этот докторишка! Законопроект должен пройти во что бы то ни стало! Он нужен стране. Он нужен самому Мак‑Криди. Законопроект должен положить конец тем неполадкам в области медицины, из‑за которых сенатору в свое время так долго не могли поставить верный диагноз. И если медицинские учреждения не хотят заниматься этим сами, то, черт возьми, Мак‑Криди сделает это за них! Но сейчас он должен что‑то предпринять. И прежде всего нужно немедленно заставить замолчать этого доктора, да и вообще избавиться от него. Мак‑Криди наклонился к своему микрофону: – Благодарю вас, доктор Балмер, за ваше выступление и серьезный вклад в дело развития национальной медицины. В зале раздались аплодисменты. Конгрессмен Свитцер похлопал Алана по плечу. Мак‑Криди наблюдал за этой парой из‑за стекол своих темных очков. Придется что‑то предпринимать в отношении Свитцера. И не откладывая в долгий ящик. А что касается доктора Балмера... доктора Алана Балмера... Мак‑Криди запомнит это имя.
Глава 6Алан
Нельзя сказать, что этот день оказался для Алана вконец потерянным. Он на славу позавтракал с исполненным энтузиазма Свитцером, умудрился не опоздать на обратный рейс и даже успел заскочить в теннисный клуб «Монро», чтобы воочию убедиться, как Джинни и Джози выигрывают соревнования и выходят в полуфинал. |
