|
- Тогда бы все сложилось иначе. Особенно для меня… Узнав о твоей женитьбе, отец ужасно разозлился - и больше на себя и на меня, чем на тебя. Он упрекал себя за излишнюю осторожность и благодушие, а меня - за то, что я, взрослая девушка, не смогла соблазнить такого сопливого юнца, как ты. - Она нервно хихикнула. - Вот так-то. Поначалу отец собирался потребовать от Святого Престола, чтобы твой брак был признан недействительным, затем передумал, плюнул на все и выдал меня замуж. - Снова вздох. - Он предложил мне на выбор две кандидатуры - кузена Фернандо и этого… брр! - Она содрогнулась.
- И ты выбрала Филиппа Французского? Но почему его, а не Фернандо? Потому что он наследник престола? - Нет, не потому. Я поступила так из-за тебя. Ведь женившись, ты уехал в Кастилию - а я не желала больше встречаться с тобой. Тогда я возненавидела тебя, я готова была тебя задушить… Если бы только я знала… Филипп запечатал ее рот поцелуем. Он уже раз слышал подобные откровения от Амелины и не хотел услышать их вновь от другой женщины. - Прошлого не вернешь, дорогая. Хватит горьких воспоминаний, давай займемся настоящим. Пойдем в спальню, у нас очень мало времени. Изабеллу прошибла мелкая дрожь. - Филипп… милый… - Ты не хочешь? - удивленно спросил он. - Уже передумала? Она напряглась и побледнела. - Нет-нет! Я… хочу, но… Только не надо спешить. У нас еще полтора часа… даже больше… Прошу тебя, не спеши. Пожалуйста… Филипп нежно прикоснулся ладонями к ее бледным щекам. - Ты так боишься прелюбодеяния? - Нет… нет… Я… я боюсь… - Ты боишься вообще заниматься любовью? Изабелла всхлипнула - раз, второй, третий… - Да разве я когда-нибудь занималась любовью?! - истерически выкрикнула она и разразилась громкими рыданиями. Филипп не пытался утешить ее. Он понял, в чем дело, и решил, что сейчас самое лучшее - дать ей выплакаться вволю. Наконец Изабелла успокоилась и, то и дело шмыгая носом, заговорила: - Мой муж - грязное, отвратительное, похотливое животное. Меня тошнит от одного его вида. Он… он… Каждый раз он насилует меня. Он настоящий изувер! Он делает мне больно… - Она прижала голову Филиппа к своей груди. - Боже, как мне больно! В первую ночь, когда я увидела его… это… его раздетого - я упала в обморок… а он… он пьяный набросился на меня и… - Ее затрясло от нового приступа рыданий. Из глаз Филиппа тоже потекли слезы. - Потерпи, милая, - захлебываясь, говорил он. - Потерпи немного. В следующем году я стану соправителем Галлии, и тогда объявлю Франции войну. Пора уже кончать с существованием нескольких государств на исконно галльских землях - я соберу их воедино и возрожу Великую Галлию, какой она была при Хлодвиге. Я освобожу тебя от этого чудовища, любимая, а его самого упеку в монастырь. Изабелла мигом утихла. - Любимая? Ты сказал: любимая? - Да, я люблю тебя, - пылко ответил он. - Очень люблю. - А как же тогда Бланка? А твоя кузина Амелия? А Диана Орсини? Филипп вздохнул: - Вы мне все дороги, Изабелла. Я всех вас люблю, даже не знаю, кого больше. |
