Отчаянным усилием воли Гастон сдержал сокрушенный вздох, готовый было вырваться из его груди.

    -  Люди не только умирают, - возразил он. - Но и рождаются.

    -  Маргарита беременна?!

    -  Нет, не Маргарита. Бланка.

    Елена всплеснула руками и даже привстала от неожиданности.

    -  Да ну! Что ты говоришь?! Ты уверен?

    Не особенно стесняясь в выражениях, Гастон вкратце рассказал ей о событиях вчерашнего дня. Для виду Елена укоризненно качала головой, но глаза ее радостно сияли.

    -  Должно быть, Бланка сейчас на седьмом небе от счастья. В каждом своем письме она писала мне, что очень хочет родить от Филиппа ребенка. Ах, как жаль, что я здесь, а не в Памплоне! Как бы я хотела разделить ее радость.

    -  Ты очень соскучилась по ней?

    -  Жутко! С тех пор, как мы расстались, я чувствую себя так одиноко, так неуютно. Ведь Бланка - лучшая из моих подруг. Она исключительная девчонка, я просто обожаю ее… и немного жалею.

    -  Жалеешь? - удивился Гастон. - Это почему?

    -  Ей страшно не везет в личной жизни. Сперва ее прочили в жены императору, но выдали за графа Бискайского. Потом этот нищий проходимец, Этьен де Монтини, воспользовался ее отчаянным положением и вскружил ей голову. А теперь вот кузен Красавчик… Нет-нет, против него я ничего не имею. Он замечательный парень, даже слишком замечательный для Бланки. Ей бы кого попроще.

    -  Боюсь, я не понимаю тебя, Елена.

    -  А что тут непонятного? Красавчик - давнишняя любовь Бланки; а судя по ее последним письмам она и вовсе помешалась на нем, так его боготворит…

    -  Он тоже боготворит ее, - заметил Гастон.

    -  Но долго ли это продлится, вот в чем вопрос. Красавчик непостоянен. Когда-нибудь он все равно охладеет к ней, как бы страстно он ни любил ее сейчас, и тогда Бланку постигнет еще одно разочарование в жизни.

    -  А вот Шатофьер боится обратного. Он опасается, что Филипп расторгнет свою помолвку с Анной Юлией и женится на Бланке.

    Елена изумленно подняла брови:

    -  Он серьезно?!

    -  Как нельзя более серьезно. Ты просто не видела, что творится с Филиппом. Он будто сдурел. Таким влюбленным я его никогда не видел… Впрочем, нет, вру, видел. Семь лет назад. Тогда он влюбился в кузину Эрнана по матери - ты же знаешь эту историю, - и женился. Так что все может случиться. Раз он когда-то пошел на поводу у своих страстей, поставив под угрозу свою будущность, то сейчас вполне способен наплевать на все политические расчеты, жениться на Бланке и силой отобрать у Робера Третьего королевскую корону, как это чуть не сделал его отец, когда покойный Робер Второй не согласился по доброй воле выдать за него дочь. Не стоит забывать, что Филипп - настоящий сын своего отца.

    -  И все-таки я боюсь за Бланку.

    Гастон пристально посмотрел ей в глаза и усмехнулся:

    -  А может, ты просто ревнуешь ее?

    Елена покраснела и в смущении опустила глаза.

    -  Да вы что, все сговорились с Маргаритой?! Что за вздор вы несете, в самом деле!.. Кстати, чуть не забыла. Как поживает моя милейшая кузина? Что у них с Тибальдом?

    -  Скучать им не приходится, жизнь бьет ключом. А намедни они обменялись рогами.

    -  Ну, наконец-то! И кому принадлежит пальма первенства?

    -  Графу.