Портрет Бармалея валялся на полу, а свечи кто-то погасил. Скорее это сделали дружки Фары. Хотя, могла и соседка. Она ведь вышла на шум.

Я обошла все углы, никого.

Теряясь в догадках, вернулась на площадку и спустилась ниже. Некоторое время я смотрела во двор, размышляя как быть. Дело принимало, надо сказать, мистический оборот. И ту меня осенило:

«А что если эти парни тоже здесь живут! Точно! Они узнали Мишку и утащили в свою квартиру. Что делать? Как быть? Доигралась! Теперь ещё и Мишку грохнут!»

Я не поняла, как достала телефон и набрала номер Юли.

– Я как чувствовала! – расстроенно возмущалась детектив, когда выслушала сбивчивый рассказ о моих злоключениях. – По хорошему, тебе шею надо намылить. Надо же! Ну да ладно! Сейчас жди меня там и ничего не предпринимай. Хотя погоди! – спохватилась она и поменяла решение: – Уйди из этого дома и сиди до моего приезда в каком-нибудь кафе…

– Хорошо, – пообещала я в трубку.

– И ещё, – заторопилась Юля, – повтори номер кареты «скорой помощи», на которой увезли Фарасову.

– Какую Фарасову? – не поняла я сразу, но тут же спохватилась: – Фары что ли?!

– Ну, ты даёшь! – восхитилась Юля.

– «Р», сто пятьдесят семь, «М», «В», – повторилась я.

– Ну, вот и хорошо, – проговорила Юля в трубку.

Я едва отключилась, как вдруг подумала, что соседка может знать, где живут дружки Фары.

– Снова доставка? – гадала бабушка, морщась от лая собаки.

– Угадали, – я выразительно кивнула.

– А Соню в больницу «скорая» увезла! – сообщила бабушка и сделала лицо расстроенным.

– Да вы что?! – Я всплеснула руками.

– Точно, что-то с девкой неладное, – стала рассказывать она. – Кричала, как ненормальная, падала…

– А вы не знаете, у неё два друга есть…

– Тарас Потапов и Слава Курмачёв? – угадала бабка. – Как же знаю!

– А где они живут?

– А бог его знает! – Она пожала плечами и перешла на вкрадчивый шёпот: – Уж сколько мать её от них отваживала, да ни в какую. Ходят всё втроём и ходят…

– Разве они не соседи? – допытывалась я.

– Да какие там соседи?! – воскликнула она. – Тарас и вовсе в Солнцево живёт.

Я дошла до первого этажа и уже хотела выйти из подъезда, как что-то меня подвигло свернуть и спуститься в подвал. Медленно и нерешительно, я ступила на ступеньку ниже. Потом на следующую. Снизу несло мочой, кошками и мышами. Стоя перед приоткрытыми дверями, я мысленно ругала себя за неосмотрительность. Ещё я думала, что надо вернуться наверх. Но полоска желтоватого света, перечёркивающая грязный пол, странным образом успокаивала, и я шагнула через порог, толкнув рукой железную дверь.

Тусклый свет электрических ламп освещал трубы под потолком и серые стены. Где-то зашумела вода в унитазе и трубы заклокотали.

Было влажно.

«Какого чёрта?» – думала я, медленно продвигаясь по проходу, разделённому перегородками.