Этот был полной противоположностью своему коллеге, и я вдруг подумала, что их специально ставят дежурить вместе, чтобы веселить больных.

– Откуда я знаю? – удивилась я, уже с трудом сдерживая смех. – Шла вот мимо, смотрю, лежит. Позвонила вам.

Некоторое время длинный осматривал Мишку с недовольным видом, потом взял запястье и нахмурился.

– Второй, такой красивый за день, – зачем-то сказал коротышка, наблюдая за действиями коллеги.

– Так он пьяный! – констатировал тот, что щупал у Мишки пульс.

– Ну, так и что с того? – возмутилась я.

Послышались шаги. Я оглянулась и обомлела. По лестнице поднималась Фара, собственной персоной.

«Класс! – подумала я. – И кот ещё точно валериану лижет, и свечи не прогорели!»

– Девушка, вы случайно не знаете этого человека? – осторожно поинтересовался врач-коротышка.

Я напряглась. Вдруг Фара узнает в Мишке попавшегося навстречу ей мужчину, который вместе со мной направлялся к Бармалею? Но Мишка лежал на боку, повернув голову к стене, и было видно лишь его затылок и ухо.

Фара покрутила головой и прошла мимо.

Я облегчённо перевела дыхание.

– Давай за носилками! – принял решение длинный и посмотрел на коротышку.

Я поняла, что длинный здесь главный и он, по всей видимости, здесь врач.

– Ты что, Михайлович? – изумился медбрат. – Собрался его к нам вести?

– У него ведь закрытая черепно-мозговая, – неуверенно сказал Михайлович. – Снимок надо сделать, магнезию уколоть…

– Я, наверное, тоже пойду! – приняла я решение, глядя вслед Фаре.

– Погодите, девушка! – заторопился доктор. – Вы уверены, что он упал, а не просто здесь уснул? Может, этот пьяница вовсе вот из этой квартиры? – с этими словами он показал на двери.

– Откуда мне знать? – ответила я.

Доктор явно не хотел связываться с Мишкой и искал любой повод не забирать его. Я разозлилась и едва хотела поднять с пола сумку, как внутри всё похолодело от раздавшегося где-то над головой воя.

Вначале даже показалось, что это падает самолёт. Но откуда он в подъезде? Разве только пролетел над самой крышей и окна были открытыми. Но в Москве самолёты не летают над домами. В следующий момент я вздрогнула, а доктора вскрикнули и присели, от раздавшегося над головой грохота, словно выстрелила пушка. В какой-то момент мне показалось, что дом лопнул напополам. Сверху что-то посылалось и вниз по лестнице снарядом пролетело и ударилось в стену рядом с окном лестничной клетки непонятное и косматое существо. Отлетев назад, оно упало на ступеньки, превратившись из бесформенной массы в одуревшую от страха Фару.

– А-аа! – орала она так, словно ей в зад вставили раскалённый лом.

– У-уу! – завыли доктора.

Стали открываться двери. Ещё бы, ведь был выходной.

– Сонечка! – раздался уже знакомый голос бабушки соседки. – Что случилось?

– А-аа! – кричала Фара, и пыталась встать. Но ноги её не держали, а из носа хлестала кровь.

– Кажется мы вовремя, – проговорил испуганно медбрат.

– Теперь уже точно, алкаша придётся оставить, – с этими словами врач подхватил свой чемодан и устремился к Фаре.