— Как они их схватили? — тихо спросила я у Тиэллина.

— Уч-ченые мужи! — проскрежетал зубами тот. — Чтоб я еще раз взял эту братию в поход! Ну, моя леди, открывайте дверь.

Будь я чуть поэмоциональнее, я бы, наверное, не удержалась и рявкнула бы на него «как?!» Но я вовремя вспомнила о своей сухости и холодности, а потому просто стукнула по двери кулаком, ударила ногой и выругалась непечатно: так приходилось иной раз поступать с нашей входной дверью.

Как ни странно, комбинация оказалась верной — дверь распахнулась, и я вместе с лазутчиками и Тиэллином выпала в тронный зал.

* * *

Наше появление окрасилось в тона еще большей неожиданности, чем я смела предположить. Пол возле двери из подземного хода словно водой полили: я проехала пару метров как на тонком льду (сапоги из натуральной кожи повели себя ничуть не хуже коньков) и чудом не вписалась носом в пол — умудрилась подставить руки. Тиэллин и прочие появились чуть достойнее: насмотревшись на меня, они замахали руками, но сохранили равновесие.

— Мой БКВ да поразит зло! — крикнул Тиэллин — и начал удивленно озираться в поисках врага.

Аврелия на троне не было. Могучий и грозный тиран лежал возле трона и хохотал, как асечный смайлик: lol:.

— Ой, не могу! — заливался он. — Ой уморили! Тирана свергать пришли… Стража!

Стража — орки, рассредоточенные по углам зала, — быстро обступили нас полукругом. Один даже протянул мне, сидящей на полу, руку.

— Вставайте, красавица, — пробасил он.

Я с благодарностью оперлась на представленную лапищу. Рука как рука, большая, в мозолях, тупые и черные когти, как у собаки.

— Ха, вы думаете, что такими силами сумеете пленить Тиэллина, победителя при Крооне, сеньора Тенбури и Флисса?! — возгласил Тиэллин.

Надо сказать, что он не только говорил. На каждом слове этой речи, продекламированной прекрасно поставленным голосом, эльфийский владыка делал взмах мечом. Как правило, от этого взмаха на пол валился один какой-нибудь орк — ну или на худой конец оставлял на черном мраморе какую-нибудь конечность.

Люди Тиэллина от него не отставали: один даже схватил меня за руку и зашвырнул за спины дерущихся. Довольно быстро его группа командос сплоченно замерла посреди зала, под шумок освободив и Юнгеса с Мадрагором — на них, похоже, не обращали внимание.

Однако орки все прибывали: они выскакивали с верхних галерей, выпадали из боковых ходов и, в общем, не было им числа.

— Ну вот, — сказал Аврелий, отсмеявшись. — Что вы, граф Тиэллин, я вовсе не думал брать вас голыми руками. Наслышан-наслышан… Но вы же, по сути, авантюрист. Вот что вас дернуло покинуть Светлый Эльфийский лес и стать одним из владык в человеческих землях?

Тиэллин передернул плечами, явно не собираясь снисходить до разговора с каким-то узурпатором.

— Отвечать не хотите, — резюмировал Аврелий. — Ну и понятно, ну и правильно… Я, признаться, не надеялся на ваш визит раньше, чем завтра: был уверен, что вы будете штурмовать замок лично, чтобы вызволить мага и советника вашей приближенной… эээ… дамы сердца. Но так, как сегодня, даже лучше. Выходит, все разрешится на день раньше.

— Да, — кровожадно проговорил Тиэллин, совсем по-кошачьи шевеля кончиками ушей (я так и подавилась), — все закончится раньше, потому что я вспорю твой живот, развешу кишки на этих вон колоннах, а требуху скормлю собакам! Как ты смел похитить сына прекрасной принцессы Светлианы и держать его в плену?!

— Я?! — поразился Аврелий.