Думать об Эрике в этот момент было невыносимо. Вместо этого перед ней появилось лицо Ландины. И Фатимы, которой выбили все зубы. И всех женщин гарема, которые терпели издевательства и истязания хозяина. Некоторые признавались ему в любви, но даже они боялись его. Если в ее силах избавить этот серединный мир от Хабиба ибн Мохаммеда, то так тому и быть. Она решила, что это равноценный обмен. Валдис подняла чашу, приветствуя Мохаммеда, и поднесла ее к губам.

Однако прежде чем она сделала глоток, Дамиан Аристархус протиснулся мимо охраны и зашел в их ложу.

– Спасибо, Валдис. Я умираю от жажды. Позволь, я это выпью, – Дамиан выхватил у нее из рук чашу и опустошил ее одним глотком, как настоящий завсегдатай таверн. – Чистый нектар. Есть еще?

– Нет, – вымолвила Валдис, в шоке от неожиданного вмешательства Дамиана. Хотя она и подозревала Дамиана в сговоре с теми, кому она пыталась противостоять, она никогда не хотела причинить ему вред. Она не могла вымолвить ни слова.

– Жаль, – пожал он плечами и обернулся к Мохаммеду. – Пей до дна, друг мой. Я принес весть о том, что наши планы идут своим чередом.

– Это, несомненно, нужно отпраздновать, – Мохаммед поднес зеленую чашу к губам и осушил ее до дна.

Валдис предвкушала ощущение триумфа, но в ее душе царила сумятица. Она только что убила своего друга. Когда появятся первые симптомы? Будет ли больно? Она не спросила аптекаря об этом.

Дамиан вытер пот со лба.

– Сегодня жарче, чем ожидалось. Ты попросил Агриппину упаковать то македонское вино?

Мохаммед покачал головой и наклонился вперед, чтобы получше рассмотреть происходящую на арене бойню.

– Не злоупотребляй горячительными напитками, они могут принести тебе смерть.

– Я хочу рискнуть, – Дамиан кинул Валдис кожаный мешочек. – Возьми это и сходи к виноторговцу у верблюжьих ворот. Он торгует неплохим этрусским.

– Но Валдис не может ходить по ипподрому одна, – запротестовал Мохаммед.

– Конечно, нет, – согласился Дамиан. – Мой слуга Лентулус ждет в коридоре. Он присмотрит за ней и сопроводит ее, – он повернулся к Валдис и неожиданно перешел на скандинавский. – Иди и не возвращайся. Все произошло так, как надо. Поверь мне.

– Что это? – спросил Мохаммед.

Дамиан засмеялся.

– Я только что сказал Валдис, что она не единственная, кто выучил новый язык. Я тоже работал над некоторыми скандинавскими фразами. Посмотри, как она удивлена. – Поспеши и принеси мне вина. Вот, хорошая девочка, – он отослал ее прочь и повернулся к Мохаммеду. – Тебе это может показаться забавным. Я прочел сегодня любопытное исследование, в котором говорится, что женщины не испытывают такой жажды, как мужчины. Как верблюды, они хранят воду в, – Дамиан очертил вокруг своей груди круг.

Валдис услышала похотливый смех Мохаммеда, выходя из солнечной ложи в темный коридор. Она быстро побежала вперед и остановилась только когда поняла, что находится на безопасном расстоянии. Все произошло так, как надо.

Что он имел в виду? Знал ли Дамиан, что пьет смерть, когда выхватил чашу из ее рук? Она развязала кожаный мешочек и обнаружила там столько денег, сколько хватило бы, чтобы купить целый корабль, груженный этрусским вином. В мешочке Валдис также увидела какую-то бумагу. Она развернула пергамент и пробежалась по нему глазами. Это был документ, дарующий ей свободу. Внизу стояли подписи свидетелей и печать Мохаммеда. Несомненно, это была подделка, но такая искусная, что ей поверили бы в любом суде. Она никогда не видела Мохаммеда без перстня-печатки. Как Дамиану удалось это сделать, она не могла себе представить.