На лестницах и в темном туннеле повстанцев не осталось. Эрик выпрямился и огляделся. Хаук и несколько человек из его части были живы. Другие же либо корчились от ран, либо неподвижно смотрели на беспощадное солнце. Эрик вырвал топор из груди своего последнего врага. Он чувствовал себя смертельно усталым и ослабевшим после нанесенных ему ран.

Император стоял цел и невредим. Его белоснежная палла была забрызгана кровью врагов. Эрик вздохнул с облегчением.

– Эрик!

Он повернулся и увидел, что Валдис бежит ему навстречу. У ее ног семенила эта глупая маленькая собачонка. Его тело вновь ожило, и он перескочил через упавшие тела, спеша обнять ее.

– Ты жив! – воскликнула она, обвивая его руками и усеивая его подбородок поцелуями. Даже Локи тявкал у его ног, в первый раз радуясь, видя Эрика.

Он прижал ее к себе и вдохнул ее чистый запах. Все-таки в мире еще существовали правда и красота. Евнух сдержал свое обещание. Валдис была жива и принадлежала ему. Прижимая ее к себе, он почувствовал возбуждение, однако сейчас ему было достаточно держать ее в объятиях.

Но нет, все-таки в мире не было справедливости.

– Эй, варяг! – услышал Эрик оклик императора. – Вернись к нам сию же секунду.

Эрик с трудом оторвался от Валдис и неохотно последовал на зов императора. Он вел Валдис за собой, не желая выпускать ее руку даже на минуту.

Стареющий владыка изучал Эрика несколько секунд.

– Мы знаем тебя. Ты был капитаном пиратской доу в гавани Феодосия.

Эрик кивнул.

– Ваше императорское величество почти отделило мою голову от плеч в тот день.

– Почти. Ты напал на мой корабль, – обвинил его император.

Эрик не знал, что Болгаробойца был на борту. Он хотел, чтобы греки почувствовали вкус настоящей битвы. В голове у Эрика вертелась тысяча оправданий, но он знал, что ни одно из них не удовлетворит императора.

– Да, мой хозяин, я напал на твой корабль, – признался он.

– Ты нарушил приказ и заставил нас выглядеть слабыми перед народом, – продолжил император. Его черные глаза сверкали. – Ты подверг его величество опасности, когда соратники нашего племянника атаковали нас.

Эрику показалось, что он снова находится в суде, как давным-давно. Он повесил голову и сжал руку Валдис. Ему не следовало участвовать в этой последней битве. Надо было тайком похитить Валдис, и пусть греки разбирались бы сами со своими интригами.

– Но потом ты поставил свой корабль между нашим дромоном и кораблем льва и пожертвовал целой командой, чтобы спасти нашу жизнь, – лицо императора расплылось в широкой улыбке. – Мы думали, что ты погиб вместе со своими храбрыми северянами. И сегодня ты опять рисковал ради нас жизнью. Нам редко удается получить защиту от человека, который уже один раз умер за нас. Как мне наградить тебя?

Эрик был поражен. Он ожидал наказания, а вместо этого хозяин Византии предлагал ему то, чего он хотел. У него было только одно желание.

– Мой хозяин, я служил тебе много лет. Пусть моей наградой будет освобождение от службы, Я собираюсь отправиться в Равенну на корабле, покидающем порт с вечерним отливом. Позволь мне покинуть город вместе с моей любимой женщиной, – он повернулся к Валдис и взял ее за подбородок. – Моей женой, если она согласна.

Слезы засияли в ее глазах, и она прошептала слово, которое он так хотел услышать:

– Да.

Император молча смотрел на Эрика, подпирая подбородок рукой. Потом он покачал головой.

– Мы даем тебе разрешение покинуть город, но не уйти со службы. Верные люди нужны везде, а в отдаленных частях страны тем более.