– Научи меня, – попросила она.

– Акт любви должен быть всегда актом удовольствия, – начала Хлоя.

– А если в нем нет настоящего чувства?

– Настоящее чувство – это совсем другое. Мы сейчас говорим об удовольствии. Конечно, удовольствие сильнее, если мужчина и женщина по-настоящему любят друг друга. Но даже без этого умелая женщина может доставить себе и партнеру радость от слияния их тел. Мужчина по природе очень тороплив в любви. Он видит то, чего ему хочется, и пытается получить это как можно быстрее. Задача женщины не остановить его, но замедлить темп. Быстрое получение награды умаляет ее ценность. Чтобы получить настоящее удовольствие, нужно научиться его откладывать.

– Я не понимаю, – призналась Валдис.

– Пусть танец будет твоим учителем. Вспомни, разве мы начинали с больших движений?

– Нет, с мелких и медленных.

– Правильно. Точно так же должно быть и в любви. Начни с того, что снимаешь вуаль. Твой хозяин, возможно, захочет раздеть тебя сам. Многим мужчинам нравится раздевать женщину. Но если он позволит, то ты можешь сама определить, как именно раскрыть ему себя. Представь, к примеру, что твой хозяин пожелает, чтобы ты разделась во время танца? Как бы ты это сделала?

Глаза Валдис раскрылись от удивления. По ее спине пробежал холодок при мысли о том, что ей придется раздеться перед чужим мужчиной.

– Не думаю, что я смогла бы.

– Чушь. Я слышала кое-какие сплетни. Хозяин освободит тебя, если ты будешь слушаться и выполнишь его задание. Ты хочешь получить свою свободу?

Валдис прикусила губу и кивнула.

– Тогда улыбнись и используй свое воображение. Одним из способов извлечения удовольствия из принудительной связи является сила воображения. Забудь лицо человека, который перед тобой. Представь на его месте того, в кого ты могла бы быть влюблена. Вообрази себе его лицо в мельчайших подробностях. Теперь держи его образ в голове и танцуй для этого человека.

Валдис закрыла глаза и представила себе лицо Эрика. Была ли она в него влюблена? Она не могла с уверенностью ответить на этот вопрос, но она не находила себе покоя с той самой ночи. Воспоминания о каждом поцелуе, каждом прикосновении вызывали сладкое томление в ее теле. Когда Эрик объявил, что хочет уехать, ее охватила паника. Она начинала понимать, что он был единственным, кому она могла доверять в этом византийском жилище, единственным, чье открытое и прямое мышление было сродни ее собственному.

К тому же ей было любопытно узнать, какое удовольствие они могут получить, не тревожа цветок ее невинности и не подвергая себя риску. Но любовь? Она не знала. Валдис была уверена только в том, что если бы он пришел сегодня к ней ночью в комнату, она впустила бы его без промедления.

Но пока она использует его образ, как посоветовала ей Хлоя. На его лице была написана неподдельная страсть, когда он впервые увидел ее на невольничьем рынке.

– Ты видишь его? Он желает тебя?

– Да, – Валдис чуть качнулась в сторону, вызывая в себе огонь желания, измучивший ее и лишивший сна после их последнего свидания.

– Тогда передай ему свое желание так же, как кусок отполированного металла отражает твое собственное лицо. Почувствуй его жар. Пусть он проникнет в самые сокровенные уголки твоего тела, – подгонял ее резкий голос Хлои. – А теперь танцуй.

Хлоя стала отбивать такт ладонями, и Валдис начала двигаться.