Напряжение постепенно нарастало в ней, снова подводя ее к последней черте. Волна удовольствия в очередной раз накрыла Валдис с головой, и она почувствовала, как тело Эрика тоже напряглось. Он замер на секунду, и его семя изверглось на ее пульсирующий живот.

Задыхаясь, он наклонил ее голову и положил себе на грудь, а она поцеловала его в покрытый капельками пота кадык. Вскоре их дыхание восстановилось, и сердца стали биться в унисон, как будто они были одним целым.

Наконец Эрик потихоньку выбрался из-под нее, словно боясь разорвать связь, установившуюся между ними. Она испугалась, что он может уйти. Однако он подобрал свою сброшенную тунику и нежно вытер свое семя с гладкой кожи ее живота.

– Прости… – начал он.

– Тс-с-с, – прижала она свой палец к его губам. – Никаких сожалений между нами.

Он улыбнулся в темноте. Затем он устроился около нее, повторяя своим телом ее контуры, и положил свою большую руку на ее грудь. Валдис глубоко вздохнула. Счастье переполняло ее существо, оно окутывало их обоих, как балдахин, висящий над ее ложем. Истома охватила ее обмякшее тело. Она никогда не ощущала такого покоя. Валдис боролась с собой, чтобы не впасть в забытье. Заснуть сейчас было бы безрассудством – Эрику могла грозить медленная мучительная смерть, а ей– ужасное уродство.

Эта мысль не давала ей сомкнуть глаз. Она слушала, как ровно и глубоко дышит Эрик, уверенная, что он погрузился в сон. Теперь она явственно слышала все окружающие звуки – лай собаки в далекой конюшне, зловещее уханье совы, скрип постели, когда она переменила позу. Испуг охватил ее, когда она неожиданно услышала щебет жаворонка.

– Эрик, пожалуйста. Ты должен вставать, – настойчиво прошептала она.

Он поднял голову с подушки и уставился на нее непонимающим взглядом.

– Я тебя обманул, – сонно пробормотал он заплетающимся языком.

– Что ты имеешь в виду?

– Одной ночи не будет достаточно.

– Возможно, это так и останется одной ночью, если ты сейчас не уйдешь, – она собрала его одежду, найдя его легинсы, нижнее белье, гетры и полоски ткани, которыми он обвязывал себе икры. – Ты не можешь больше здесь оставаться, – она протянула ему одежду, но он схватил ее за запястье.

– Что, если я хочу большего? – спросил он. – Что, если я хочу, чтобы мы сейчас вместе убежали?

– Так ты теперь готов нарушить клятву ради еще одной ночи в моей постели? – она заставила его встать на ноги. – Я польщена, но, думаю, я не достойна того, чтобы ты потерял из-за меня свою честь.

– Я не пытаюсь тебе польстить. Я серьезно.

– Я тоже. Я дорожу твоей клятвой. Если ты думаешь, что я позволю тебе забыть самую важную вещь в твоей жизни, то ты ошибаешься, – она набросила на него тунику. – Сейчас не время это обсуждать. Пожалуйста, Эрик, скоро рассвет. Если ты хочешь, чтобы мне отрезали нос, как Хлое, то можешь не торопиться.

Это заставило его подняться. Он оделся в угрюмом молчании. Затем направился к двери, держа в руках свои подбитые гвоздями сапоги. Остановившись на пороге, он повернулся, чтобы взглянуть на нее.

Валдис кинулась к нему навстречу. Она хотела еще раз почувствовать вкус его губ. Вместо этого он опустил вниз ворот ее ночной рубашки и, наклонившись, взял в рот ее сосок. Она чуть не закричала, когда его зубы стали слегка его покусывать. Кровь снова забурлила в ней. Всего несколько мгновений, и она уже снова была готова принять его. Все разумные мысли покинули ее голову. Если бы он приказал, она бы послушно легла перед ним на прохладный мраморный пол.

Однако он не попытался воспользоваться ее временным замешательством.