Но она держала свою дверь закрытой не только по этим причинам. Ее снова стал преследовать ночной кошмар об опасности, угрожающей Эрику. Она стала еще больше опасаться, что их могут поймать вместе.

– Когда мы встретились, ты просила меня помочь тебе. Теперь я хочу это сделать. – Эрик наклонился к ней, будто намереваясь заключить ее в объятия. – Мир очень большой. Наверняка в Мидгарде найдется местечко, где мы сможем быть вместе.

Маленький Локи быстро пробежал мимо них, пытаясь догнать улетающую бабочку. Валдис взяла пса на руки и прижала к груди, словно защищаясь от кого-то. В собачке едва можно было узнать ту самую грязную дворняжку, с которой Валдис подружилась около ипподрома. Локи стал всеобщим любимцем и получал лучшие лакомые кусочки с тарелок. Одна из служанок постоянно купала, подстригала и душила его духами, а все остальные баловали его. Однако он был бесконечно привязан к Валдис и не отходил от нее, как настоящий маленький спутник сейдконы. Однако Эрику он все так же не доверял. Локи обнажил свои миленькие белые зубы и тихонько зарычал на варяга.

– Но куда мы поедем? – поинтересовалась Валдис, прикрывая морду собачки своей рукой. – Север закрыт для нас. Представь, что ты нарушил клятву, данную императору, и сбежал с невольницей. Сможем ли мы в таком случае найти где-либо приют? Ты знаешь, что двери всех домов Византийской империи захлопнутся перед нами. Куда нам бежать? К болгарам? К печенегам? Может статься, и есть какой-нибудь халифат в маврских землях, который захочет отомстить своим византийским торговым партнерам, приняв нас, – она покачала головой. – Нет, нам некуда бежать.

Эрик внимательно изучал камни на дорожке под своими ногами.

– Так значит, то, что произошло между нами, ничего для тебя не значило.

Это значило все на свете, чуть не закричала она. Но она не могла ему этого сказать. Это только бы усилило его решимость.

– Ты сам этого захотел. Ты пообещал мне одну ночь, и я приняла ее, – она опустила песика на землю и стала наблюдать, как тот обнюхивает папоротник около фонтанчика. – Этому надо положить конец.

– Значит, я тебе совершенно безразличен?

Валдис закрыла глаза. Как она могла перечислить все, что чувствовала по отношению к этому прямодушному человеку?

– Эрик, ты говорил мне, что после изгнания долго искал свое место здесь, среди византийцев. Твоя клятва императору дала тебе шанс вернуть потерянную честь. Неужели ты опять готов пожертвовать этим из-за женщины?

Она почувствовала, как в нем поднимается гнев при воспоминании о том, что он не остановился перед убийством собственного брата из-за измены жены. Валдис на секунду испугалась, но Эрик постарался взять себя в руки. Он отложил табличку в сторону и сжал одну руку в кулак, накрыв его ладонью другой руки.

– Иногда цена за честь может оказаться чересчур высокой. Ты слишком низко ценишь себя. Ты не какая-то случайная девушка, которую я возжелал. Правда в том, что я не могу допустить, что ты достанешься другому, – признался он.

Валдис почувствовала невольный холодок в груди при мысли об этом.

– Я тоже постоянно об этом думаю. Мне кажется, что впереди лежит огромный темный туннель. Но я знаю, что в конце этого туннеля – моя свобода. Поэтому я должна пройти через него, – не удержавшись, она посмотрела ему в глаза. – А когда я буду свободной, кто знает, что может случиться.

Она поняла, что допустила ошибку, сказав это. Эрик не захочет ее после того, как ею будет обладать другой мужчина.

Но, к ее удивлению, сказанное ободрило Эрика.

– В тебе больше мужества, чем во мне. Да, где есть жизнь, там есть и надежда, – он пристально и решительно посмотрел на Валдис.