Генерал глухо кашлянул, прочищая горло.

– Я не позволю шайке этих толстых тетушек перехитрить нас. Мы не сдадимся без боя. Что тебе известно о подозрениях Аристархуса?

– К сожалению, когда это ему выгодно, из него нельзя вытащить ни слова.

– Тогда нам самим придется раздобыть информацию, – Квинтилиан откинулся назад и скрестил руки на своей мускулистой груди. – Однако время работает против нас. Я не успею подкупить нужного человека. Если у самого Аристархуса заняло месяц, чтобы подготовиться к плану, то как мы можем успеть за меньший срок?

Эрик надеялся, что генерал не заметит его оживления. Он задумчиво погладил бородку, как будто пытаясь придумать какой-нибудь план действий.

– Я думаю, можно было бы сказать Мохаммеду, что до тебя дошли слухи о готовящемся на него покушении. Если он, как ты говоришь, ведущий человек в политике гильдий, то в такой угрозе есть доля правды. Разве не говорят, что на влиятельных людей враги летят, как мухи на мед.

Квинтилиан кивнул в ответ.

– Наверняка Мохаммед за эти годы обманул кучу торговцев, которые хотели бы ему отомстить. Хороший план.

Думаю, он испугается. Мне нравится ход твоих мыслей. Тогда я мог бы предложить ему послать от своего имени надежного человека из варяжской гвардии, чтобы тот наблюдал за безопасностью, пока мы расследуем заговор.

– Прекрасная идея, генерал, но вы можете настоять, а не предложить, – опять подсказал Эрик. – Представьте дело как знак милости императора, и он не сможет отклонить предложение.

Генерал кивнул.

– Отличный план. И у меня как раз есть подходящий человек.

Эрик затаил дыхание.

– Боюсь, тебе придется отложить возвращение в когорту на некоторое время. На месяц или меньше, смотря по тому, как быстро ты справишься с заданием.

– Я? Но я не шпион.

– Нет, но именно поэтому ты самая подходящая кандидатура для такого дела. Мохаммед никогда не заподозрит, что в яблоке сидит червяк, даже когда надкусит его, – генерал окунул перо в чернильницу на столе и начал писать послание.

– С твоими способностями к языкам ты начнешь даже понимать арабский, я в этом уверен. Я буду ждать от тебя недельных отчетов. Если заметишь что-то особенное, сразу же мне сообщай. Что бы ты ни делал, не дай Аристархусу заподозрить, что ты там по моему приказу.

– Я не думаю, что он заподозрит. Дамиан будет уверен, что я там из-за Валдис.

– Я смотрю, ты с пользой провел время у Аристархуса. Мои поздравления, Хеймдальссон, – генерал посыпал пергамент песком, чтобы закрепить чернила. – Ты научился думать как римлянин.

Эрик спрятал послание в мешочек у пояса и сделал прощальный знак генералу. Думать как римлянин? Это был не тот комплимент, которым он мог гордиться. Однако он был вынужден признать, что в последнее время оружие обмана и хитрости ему очень помогало. Он не очень хорошо владел этим оружием, но если именно благодаря ему он сможет быть с Валдис, то он готов им воспользоваться.

Дамиан распахнул дверь в комнату, потирая руки с едва скрываемой радостью.

– Дело сделано, Валдис. Теперь ты на шаг ближе к свободе. Грудь Валдис сжалась при этих новостях. Значит, тот человек, наконец, купил ее, как и планировал Дамиан. С того самого дня, как она упала в обморок на улице, она с ужасом ждала этого момента. Теперь ей придется отправиться в гарем, в эту шелковую тюрьму, из которой не удавалось вырваться ни одной женщине. – Ты договорился о цене?

Дамиан улыбнулся.