– Ты не будешь совсем одна. Я буду навещать тебя. Я убедил Публиуса в том, что должен каждый день приносить тебе настой из трав для поддержания твоих сил. Таким образом, мы сможем держать связь, так что не было надобности учиться писать и читать по-гречески.

– И все же я рада, что научилась, – Валдис подобрала томик стихов в кожаном переплете и пролистала несколько тонких листов пергамента, пока не нашла поэму, которую ей читал Эрик.

Тысяча маленьких удовольствий ждет меня внутри, Но я не могу пошевелиться и даже вздохнуть, Надеясь только на легкое трепетание твоей занавески.

Ждет ли он еще ее? Она опустила книгу вниз.

– Можешь взять ее с собой, если хочешь, – сказал Дамиан.

– Правда? – Валдис прижала книгу к груди. Из всех вещей, которые ей подарил Дамиан, эта была самая ценная. Обладание книгой считалось признаком большого достатка, поскольку их производство требовало немалого труда, и они были редкостью. Даже те богачи, которые не умели читать, покупали книги, чтобы пустить другим пыль в глаза.

– Ты даришь мне ее?

Дамиан посмотрел на нее насмешливым взглядом.

– Что мне с любовной поэзии? Читай ее своему новому хозяину, если хочешь угодить ему. Наверняка Хлоя научила тебя тому, что очарование женщины кроется в ее способности быть желанной, оставаясь при этом недостижимой.

Валдис кивнула. Даже движения рук во время танца, которому научила ее Хлоя, были и приглашающими, и отталкивающими одновременно. Именно этот способ соблазнения считался основным и почитался среди женщин гарема. Хотя бывали случаи, когда хозяин брал женщину силой. Однако Валдис надеялась, что такой утонченный человек, как Хабиб ибн Мохаммед предпочитает хотя бы притворное ухаживание и мягкое обращение с женщиной, несмотря на ее легкое сопротивление.

– Не думаю, что Мохаммед раньше сталкивался с грамотными женщинами, – сказал Дамиан. – Это может вызвать его уважение и доверие. Постарайся воспользоваться этим.

Валдис кивнула. Она будет делать все, что попросит Дамиан. Это был ее единственный шанс на свободу. Единственная возможность начать новую жизнь с Эриком в открытую, не боясь осуждения общества.

Она упаковала свои последние вещи.

– Носилки прибыли, – объявил Лентулус, выглянув из окна.

Дамиан проводил Валдис до ворот императорского дворца.

– Я удивлена, что ты сам провожаешь меня, – заметила Валдис, когда позолоченные ворота закрылись за ней в последний раз.

– Важно, чтобы слуги Публиуса прониклись твоей значимостью с самого начала. Человек должен начинать так, как он планирует продолжать, Валдис. Не позволяй никому относиться к тебе с неуважением. Попытайся завоевать высокое положение в гареме, – посоветовал ей шепотом Дамиан. Затем, помогая забраться на носилки, он повысил голос. – Я навещу тебя завтра и принесу тебе целебные травы, Валдис Иворсдоттир. Мне очень пригодиться твоя сила. Пусть благословят тебя твои боги.

Напутствие Дамиана не принесло ей утешения. Она ехала в дом чужого человека с намерением шпионить за ним. Валдис сомневалась, что ее боги одобрили бы ее действия, за исключением коварного Локи, умеющего изменять облик. В сагах говорилось о том, что именно он будет виноват в Рагнарёке – последней битве между богами и чудовищами, во время которой погибнет существующий мир.

Валдис задумалась, удобнее устраиваясь в носилках. Если единственным богом, одобрявшим ее план, был тот, на которого нельзя было положиться, то что ждет ее в будущем? Возможно, ей придется искать другой путь или другого бога.

Глава 16

Ни один сокольничий не может знать, куда полетит его птица, пока не выпустит ее в полет.

Валдис вспомнила, как ехала на носилках в тот день, когда Дамиан купил ее на невольничьем рынке.