- Если бы мы «если» поставили на «если», то до неба бы долезли! - Я потрепал расстроенную девчонку по плечу, стараясь не приближаться к нирате. - А вообще-то ты молодец, я, честно говоря, не ожидал. Кто тебя учил воевать?

    - Я же уже говорила тебе, никто.

    Ой, только не смеши Меня! Поверь, ни один человек, впервые взяв в руки меч, не сможет так долго продержаться против эльфа, пусть и сражающегося вполсилы.- Я, поняв, что сболтнул лишнее, поспешил прикусить язык, но было поздно. Глаза Ксенон загорелись недобрым огнем.

    - Вполсилы?! Тогда давай еще раз! И не щади меня, в настоящем бою ведь щадить не будут!

    - Ксенон,- я постарался, чтобы мой голос звучал как можно спокойнее и умиротворяюще, Ариан - рыцарь. Сражаться его учили с самого детства. Но, поверь, для него большая удача, если удается свести к ничьей хотя бы пять наших схваток из десяти. А ты - девушка, причем никем толком не обученная и довольно слабая. Так что и не претендуй на победу в сражении со мной. Лучше расскажи, кто тебя тренировал раньше.

    - В сотый раз повторяю - никто! до всех эльфов так тяжело доходит или это только ты один такой тормозной?!

    - Я тебе не верю.- Я мягко скользнул к девчонке и, прежде чем она успела поднять нирату для защиты, схватил ее запястья. - Ты слишком, слишком хорошо дерешься для первого раза! Ну так кто был нашим учителем?

    - Она,- тихо отозвалась Ксенон, кивнув на нирату, которую по-прежнему сжимала в выкрученной ладони.

    Я недоуменно вытаращил глаза, но потом понял и искренне рассмеялся:

    - Очень смешная шутка! А если серьезно?

    - Я серьезно! - оскорблено отозвалась девчонка.- Она будто живет своей жизнью и во время боя подсказывает мне, что делать и как двигаться. Она... живая... и теплая...

    Я вспомнил огненный жар, а потом леденящий холод, которым рукоять мстительно опалила мою ладонь, и поморщился. Теплая? Я бы сказал по-другому...

    - Ты считаешь, что я тронулась, да? Я и сама готова так подумать. Но... я чувствую ее как часть себя. Как руку, ногу, пальцы... и она мне становится так же дорога...

    Голос ее упал до неразборчивого шепота. Ксенон, продолжая бормотать, подняла нирату к лицу и вдруг потерлась о лезвие щекой, как кошка, ластящаяся к обожаемому хозяину. Я невольно ахнул, ожидая, что сейчас хлынет кровь, но нирата не причинила владелице ни малейшего вреда, более того - я готов поклясться, что увидел скользнувший по клинку блик, не имеющий ничего общего с солнцем. Листики гравировки затрепетали и потянулись к лицу иномирянки, явно стараясь продлить соприкосновение. Меч словно блаженствуя в нежных ручках своей хозяйки и отвечал на ласку...

    Ксенон подняла голову. Ее глаза сияли откровенно и не- прикрыто, как звезды в ясную морозную ночь. Наверное, так же счастливо выглядят девушки, получая признания в любви от своих возлюбленных...

    - Давай попробуем еще раз,- мягко мурлыкнул грудной голосок, больно хлестнув восторгом и нежностью, предназначенными не мне.

    - А ты выдержишь? - Я, чувствуя, как в груди шевелится какое-то странно-недовольное и озлобленное чувство, с сомнением покосился на тряпочку, которой девчонка перевязала порез на руке. Тонкая белая ткань уже начала намокать и окрашиваться алым.

    - Конечно! Ну пожалуйста! Знаешь, мне так понравилось.

    Мне тоже. Я усмехнулся и изготовился к атаке.

    Ариан

    В сладкую послеполуденную дрему ворвались восторженны крики и лязг мечей. Ну и ну! Вот уже и во сне сражения вижу! Я перевернулся на другой бок. Вопли, как по заказу, прекратились.