Пациент улыбнулся и пожал здоровым плечом.

– Меня, кстати, Юлианом зовут.

– Угу, а приходишь ты даже, когда не зовут.

– Могла бы и представиться, все-таки такую дыру в моем теле проделала…

– Какую дыру? – мягко спросила девушка, убирая ладонь. – О чем ты?

Парень скосил глаза – кожа была слегка красной, но целой.

– Быстро ты справилась! – восхитился Юлиан. – У меня бы так не получилось.

– Так ты маг? Чего же тогда ныл над своей ранкой? Мог бы и сам подлатать.

– Нет, целительство не в числе моих талантов. Я всего-навсего простой следопыт, – скромно произнес парень и опустил карие глаза, полные лукавства. – Благодаря дару, я прочувствовал отголоски чужой боли и, услышав странные звуки, поспешил на помощь.

Эва недоверчиво посмотрела на собеседника.

Следопыты – маги, читающие отпечатки заклинаний и сильных эмоций, – рождались редко. Поэтому она не удивилась, что парень слегка двинулся на своей исключительности.

– Как интересно, – пробормотала девушка, – мне остается только порадоваться за тебя и твой дар.

Не дождавшись предполагаемого восхищения, Юлиан разочаровано проговорил:

– Кстати, могла бы извиниться, что ранила человека, желавшего тебе спасти.

– Хотя помощь не требовалась, я благодарю за твои намерения. И хотела бы загладить свою вину.

– О! И я знаю, как ты это сделаешь, – промолвил Юлиан, плотоядно оглядывая ее с головы до ног. – Угости меня ужином.

***

Карим, откинувшись на спинку стула, незаметно обводил трактир взглядом. Браслет правды тревожно потеплел на запястье, предупреждая, что рядом опасность. Но откуда ее ждать, маг не мог разобраться.

Артефакт, который вручает оракул Судьбы каждому новому арбитру, принявшему обязанности, таил в себе большую силу. Бесполезную для всех, кроме видящих правду. Такие браслеты крали, снимали с мертвых судьей, хотя многие знали, что в чужих руках они всего лишь украшения. Увы, возможность видеть истину слишком заманчива, чтобы попытки прекратились.

Арбитр покрутил браслет вокруг руки и, не закрывая глаз, снова обвел внутренним взором жующих и пьющих людей.

Народу прибавилось. В трактире теперь сидели почти все, кто шел с караваном Каромироса, кроме, конечно же, охранников, сторожащих повозки. К имперским солдатам присоединились товарищи, шесть хмурых уставших воинов, заняв соседний стол.

Маг прищурился. Со второго этажа, где размещались комнаты, спускалась прелюбопытная парочка. Высокому парню далеко за двадцать, второй выглядит лет на семнадцать, хотя мог быть и чуть старше. Один темноволосый, с карими глазами, второй – полная его противоположность даже по ауре. У старшего мага внешняя аура светилась холодными оттенками голубого, у младшего преобладал мягкий оранжевый цвет. Магические ауры арбитр рассмотреть не смог – ищущим он, увы, не был.

То, что они маги, Карим понял с первого взгляда – от них исходила уверенность, которую мог дать лишь магический Дар. То, что на них не было серых плащей, не нарушение правил, однако, по мнению Карима, досадное упущение – магам легче путешествовать по торговому тракту, чем молодым аристократам.

Молодые люди сделали заказ и стали о чем-то оживленно разговаривать. Карим присмотрелся лучше и усмехнулся над своей слепотой: младший, смазливый «паренек», оказался девчонкой. Коротко остриженные вихры могли ввести в заблуждение любого. Но женственная фигура и лицо с приятными чертами расставляли все по местам.

Когда взгляд арбитра вновь вернулся к молодым магам, они спешно заканчивали ужин. Парень что-то тихо говорил, склонившись к девушке.