– Твоем сыне? Моем? Нашем? – зло осведомился Карим. – Боишься признать, что он и мой ребенок тоже? Почему ты не искала его, Си? Что ты за мать, Сиелла? У тебя есть сердце? Или остался только долг? Объясни, почему ты не искала его?

Маг с трудом узнавал себя. Он злился, злился на Сиеллу, женщину, которая значила так много в его жизни и занимала в сердце важное место. Она – не просто бывшая возлюбленная, она – друг, побратим по боевой четверке. Внутренний голос кричал, напоминая, кто она для него. И все-таки Карим не мог совладать с чувствами. Ярость накатывала темной волной, грозя полностью лишить контроля. Маг держался изо всех сил, зная, что сорвавшись, сделает то, о чем потом будет долго сожалеть.

– Я искала, провела обряд на крови… я не могу его найти. Но он жив. Он жив, Карим, я чувствую! – крикнула магесса и к ужасу мужчины зарыдала. – Он жив!

Карим растерялся. Сиелла плакала редко, впору и забыть, что она женщина… Злость ушла, вытесненная сожалением и печалью. Почему он обвинял только ее? Он внес свой разрушительный вклад, когда сделал вид, что оскорблен ее отказом соединить судьбы. Если бы он понял ее, поступи он тогда иначе – и жизнь сложилась бы по-другому.

Сиелла невольно вздрогнула, когда крепкие мужские руки утешающе опустились на плечи. Мгновение – и она оказалась сидящей на коленях Карима, в его надежных и до боли знакомых объятиях. Словно и не было стольких лет разлуки.

– Не плачь, Си, не надо. Вместе мы узнаем правду, – успокаивающе шептал Карим, уткнувшись лицом в ее затылок. – Мы найдем нашего сына, обещаю…

Вариор разыскал племянника в библиотеке вместе с гостьей. Магистр Огня с интересом взглянул на отшатнувшихся друг от друга молодых магов, но оставил смущающие комментарии при себе.

– Замечательно, что вы здесь – не придется рассказывать новости дважды.

– Надеюсь, новости хорошие? – Сиелла насторожилась.

– Увы, нет. Аг-Грасса объявила войну Северной империи. И ходят слухи, что агрессор ищет возможность заручиться поддержкой Вискура.

– Маловероятно, – усомнилась магесса. – Вискур соблюдает нейтралитет столько лет, зачем им воевать с Северной или другими странами Содружества? Мы ведь не давали им никакого повода?!

Огневики обменялись тревожными взглядами. Племянник отлично понял, о чем умолчал дядя. У Вискура повод может появиться в ближайшее время. Поэтому они должны найти посла хэмеллов. Иначе Межграничье зальют реки крови.

***

Семиград, Северная империя,

45-й день пришествия Эвгуста Проклятого

– Если мы не выполним условия, грядет война, – веско произнес первый советник, – и нет гарантий, что мы ее выиграем.

– Не дай послы Содружества клятву Эвгусту на дне рождения принцессы, все сложилось бы по-иному, – добавил второй.

– Причем здесь клятва? – удивился третий советник императора.

Четвертый потирал подбородок, внимательно разглядывая картину, которая висела в малом зале совещаний уже несколько десятков лет.

Сам император, одетый в черный халат из вискурского шелка, прикрыл глаза ладонью и откинулся на спинку кресла. Константин принял решение давно и без помощи советников, которые не ведали того, что знал он. И слушал утомительные речи для проформы. Главный придворный маг Тристан бросал взгляды то на императора, то на шута. Локки сидел на подоконнике, наполовину спрятавшись за тяжелой шторой, и не произнес еще ни одного резкого слова.

Внеочередное заседание совета состоялось сразу после вестей о нападении с воздуха на Элевтию. Самый большой город седьмой приграничной провинции не раз подвергался атакам.