Оуэн кивнул.

Она поднялась по лестнице в кабинет Джека. Тот сидел за своим столом и чистил револьвер.

— Привет, заходи, — сказал он.

Она вошла и села лицом к нему.

— Что-нибудь новенькое? — спросил он.

— Нет, — ответила она. — О, кроме одной вещи. Был отчёт о гражданских беспорядках сегодня днём. Как раз в то время, когда с нами происходила вся эта ерунда.

— Где?

— На том же самом месте, где мы были в прошлый четверг вечером. Там, где мы обнаружили ту чёртову штуку. Там была какая-то драка, небольшой бунт. Несколько сожжённых машин, разбитые окна.

— Откуда ты это знаешь?

— Проверила полицейские системы. Всё это закончилось так же быстро, как и началось, но никто не пожелал и не попытался объяснить, что это, чёрт возьми, происходило.

— Всё опять прошло?

— Примерно в то же время, когда у нас прошла мигрень и мы начали вспоминать, как пишутся наши имена.

— И что говорит полиция?

Гвен пожала плечами.

— Кто-то предположил, что это может быть отравление какой-нибудь химией, утечка ядовитых веществ на одном из промышленных складов у залива. Службы по охране окружающей среды проводят проверку. В конце концов, это случалось дважды за последнюю неделю.

Джек печально улыбнулся.

— Ну, по крайней мере, они продумали прикрытие за нас.

— Так что, будем начинать совещание? — спросила она.

— Сначала я хочу кое-что тебе сказать, — сказал Джек, закрывая барабан своего старого револьвера и убирая его назад в кожаную кобуру. Он закрыл крышку маленькой бутылочки с маслом и сунул её в футляр, где хранились остальные инструменты для чистки оружия.

— Это не может подождать до совещания?

— Нет, — сказал Джек. Он бросил две перепачканные маслом шерстяные тряпочки и встал, чтобы спрятать набор для чистки в ящик своего стола. — Во-первых, я хочу сказать тебе спасибо. Сегодня ты спасла меня, Гвен.

— О, нет, я просто…

— Ты спасла меня, — настаивал Джек, снова садясь. — Меня и Тошико, нас обоих. Несмотря ни на что, несмотря на… обстоятельства, при которых тебе пришлось действовать, ты не опустила руки. Ты осталась там и, хотя это было сумасшествием, ты нашла способ вытащить нас.

Он посмотрел на неё.

— Это было чудовищным безумием, Гвен. Чудовищным. Использовать одну угрозу для борьбы с другой. Откуда ты знала, что это сработает?

— Честно? Я не знала. В тот момент мне показалось, что в этом есть логика. Но в то же время я была девчонкой, у которой дико болела голова и которая едва ли могла отличить левую руку от правой. Поэтому я считаю, что вам повезло. На самом деле.

— Я согласен, на удачу я согласен всегда, — сказал Джек. — Ещё раз спасибо.

— Пожалуйста, — сказала она, — не заставляй меня краснеть.

— Да, тогда тебе не понравится вторая вещь, которую я хочу тебе сказать. Во-вторых, я хочу извиниться.

— О, за что?

Джек вздохнул.

— Знаю, я уже извинялся за то, что грубо обошёлся с тобой на прошлой неделе, но серьёзно, мне нужно сделать намного больше. Я очень плохо справился со всем этим. Как…

— Любитель? — предположила Гвен.

— О, да, — он ухмыльнулся. — Я не имел права так называть вас.

— Я уже говорила тебе, — сказала Гвен, — В таких вещах быть любителями — это лучшее, на что мы можем надеяться.