Атака гоблинши закончилась так же позорно, только Экка еще и получила пинок в задницу и, вереща от злости, перелетела через распростертую хозяйку и с грохотом закопалась в каких-то плохо видных предметах.

   - Я была уверена, что вы - враги нашего Дома! И чутье меня не подвело в который раз! Что бы там ни говорили всякие наглые грязнорожденные! - торжествующе заявила Верхняя Баба.

   Она подняла с пола потерянный Эккой грисс и с интересом рассматривала его. Гоблинша выпуталась из того хлама, в котором застряла и молча и безнадежно кинулась снова в атаку. С еще более позорным результатом.

   - Ты неплохо летаешь, коротконогая мелочь - не без основания съязвила дроу.

   Понимая, что все пошло прахом, но, не желая сдаться без боя, лекариня кинулась к корзинке, однако метнувшаяся тенью врагиня успела выхватить корзинку прямо из-под протянутой руки.

   - Надо же - и впрямь делейский аромат - брезгливо понюхав свечи, как ни в чем ни бывало, заявила Верхняя Баба.

38.

  - Ненавижу этот запах! - продолжила Верхняя Баба.

  - Почему? - сама себя удивив, непроизвольно спросила так и стоящая на четвереньках Галяэль.

  - Пару раз меня подводил под монастырь - охотно, но брюзгливо ответила врагиня.

  - Но он же действует только на мужчин... на самцов, то есть - стала тянуть время лекарка, искоса наблюдая за попытками служанки придти в себя.

  - Разумеется - фыркнула мускулистая тварь.

  - Но как?

  - Как ему и полагается. Можешь сесть поудобнее, нам еще придется здесь побыть - буркнула Верхняя Баба.

  Тут эльфийка сильно удивилась. И выпутавшаяся, наконец, из какого-то хлама Экка - тоже навострила уши.

  - Я не понимаю тебя - призналась ошеломленная странным поведением противницы Галяэль, судорожно прикидывая, что это все может означать и скоро ли заявится пара умелых баб-палачинь. Или эта мужикоподобная зараза сама начнет их тут пластовать на мелкие кусочки? Тянет время, чтобы поиздеваться? Или боится разозлить неведомую седьмую ветвь дома? Кто их знает, дикарей из провинции, может в этой седьмой ветви самые свирепые воительница?

  - Ну, я не всегда был такой - искоса глянула очень знакомо эта бабища.

  - Тьфу ты, бесхвостых демонов тебе на праздник! - обозлилась, одновременно испытывая колоссальное облегчение, лекариня.

  - Это этот, то есть та который? - сообразила и гоблинка.

  - Он самый! А драться было обязательно? - сердито спросила, поднимаясь с пола, эльфийка.

  Воительница с дурацким, но метким прозвищем Дощечка не без ехидства смотрела на этот процесс. Надо сказать, что после такого свалившегося с души камня, вставала Галяэль не очень-то изящно, тычок ладонью в лоб еще отзывался головокружением.

  - Надо же было посмотреть, на что вы годитесь в деле - отозвался - или отозвалась Верхняя Баба, теперь позволившая себе расслабиться и знакомым жестом потиравшая себе подбородок.

  - И? - спросила Экка.

  - Ужасно! - с чисто эльфийским высокомерием отозвался - или отозвалась Дощечка.

  Гоблинша засопела. Галяэль восприняла такое унижение куда спокойнее. Она и не собиралась показывать кому-либо мастерство в рукопашной. Лекариня другим славна и в своем деле она уверенно утерла бы нос любой Верхней Бабе. А драться... Каждому - свое.