- Чего мы ждем? - спросила она.

  - Всегда надо приходить вовремя - назидательно заявил Всетотжея.

  - И что не так с нашим приходом?

  - Мы должны появиться там за пару тиков до Верховной Жрицы с ее синклитом. Тогда никто у алтаря не успеет заметить, что у твоей слуги на мордахе два неправильных штриха. Не забудь дать ей пинка при входе в Храм, а ты, мелкая зелень, постарайся поубедительнее упасть. Я сейчас смазал тебе неверный рисунок слева, но так будет надежнее. Да и у тебя, госпожа, не все в порядке. Сейчас будет больно, но ты потерпи, лишние заклинания ни к чему в этом месте.

  С этими словами Дощечка одним резким движением вбила в кожу на переносице Галяэли остро колючего паучка, филигранно сделанного из сверкающего даже в приятном для глаз мраке мифрила.

  Было действительно очень больно, да еще впридачу твердые, словно деревянные пальцы Верхней Бабы, цепко держа лекариню за подбородок, помотали ее головой, что было и вовсе унизительно и неприятно.

  - Капли крови должны стечь по обе стороны носа - это тоже входит в систему знаков.

  - Как все сложно - вздохнула Галяэль, переживающая совершенно неуместно, что на ее лбу теперь остануся шрамики в тех местах, куда впились паучьи лапки.

  - Благосклонность Ужаснейшей - то, к чему готовились все Дома пять сотен лет - хмыкнула Дощечка.

  - И что?

  - Странно, что обошлось без большой войны во славу Ужаснейшей. Впрочем, рано об этом толковать. А сейчас выслушайте и запомните. Держитесь рядом со мной. Не умничайте и не спорьте, делайте - что скажу. Скажу притвориться дохлыми - притворяйтесь, скажу бежать - бегите.

  - Но... - попыталась возразить Экка.

  - Если хочешь сдохнуть сегодня - продолжай - мрачно перебил Всетотжея.

  - Сам убьешь?

  - Угадала. Чтоб зря не бить ноги и не тратить время. Так вот - скоро услышим лязг - потащат трубы Возвещения. Мы сразу опрокидью кидаемся перед ними, страшно спешим, жутко нервничаем, изображаем опоздавших. За такой проступок секут долго и больно, не глядя на ранги, так что все только позлорадствуют, не более. У алтаря будет куча участников, но при появлении труб на входе они тут же разойдутся по своим установленным местам. Никто не хочет оказаться 'нарушившим злостно обряд'. Ты старательно расставляешь свечки - не приближаясь к алтарю ближе, чем на три шага. Ни в коем случае, запомни! А вот потом действуете по моей команде. И не мешкать! Все поняли, есть какие-нибудь вопросы?

  Галяэль переглянулась с Экой, молча кивнули.

  - Тогда последнее. Услышите крик 'Нар!' - тут же закрывайте глаза и обратите лица в пол. И ладошками глазки закройте покрепче - запомните это накрепко. Вот теперь - все.

  Дошечка усмехнулась и уселась на какую-то рухлядь. Весь ее вид олицетворял терпение. Экка вздохнула и тоже села на пол. Галяэль последовала их примеру. Глянула мысленно на себя со стороны - боится или нет? Поняла, что боится. Пальчики дрожали. Во рту пересохло. Экку выдавали нервно дергающиеся кончики ушей. А вот новая ипостась Всетогожея или как там его, держалась на удивление спокойно.

  Ждали недолго, вскоре спешное топотание по лестнице вверх-вниз заглушило бряканье и металлический лязг.

  - Пора - тихо сказала Дощечка и легко вскочила на ноги. Лекариня со служанкой догнали ее перед дверью. Воительница глянула на них и распахнула выход на лестницу.

  Сверху, сияя золотым блеском, медленно и величественно съезжали по ступеням здоровенные рупоры труб Возвещения. Их удерживали от поспешного спуска десятка три служительниц.

  Троица быстро побежала вниз.

  - Процессия уже, значит, вышла и идет по парадному ходу - догадалась эльфийка, торопливо скача по истертым широким каменным ступеням.