— Тогда где она, Керим? — насупился Темнейший. — Признавайся, пока я тебе не общипал! — Керимчик в испуге упал на лапы и голову к земле пригнул:

— Что значит — не знаешь?

— Лишь то, что он не знает. — Ответила Ирвит, и муж ее поддержал:

— Мы перебросили его ранее.

— Тогда где твоя мать? — голос Темнейшего звучал громогласно, и притихший птенец спрятал голову в перьях. За него ответил Себастьян:

— На охоте была.

— Она уже вернулась. — Отрубил Люциус, — принесла ему хвост Черной Гадины. И Гали там нет.

— Сейчас она летит сюда, — сообщила Рекоция. — Мы поэтому и поднялись.

Ирвит внесла свое предположение:

— Задерживается?

— Или ждет подходящего момента для появления. — Ухмыльнулся Вестерион. — Когда пищеварение нормализуется. После такой жертвенницы, как ваша, даже самый крепкий желудок взбунтуется.

Грифенок вскочил на ноги и подпрыгнул, создав маленькое землетрясение. Его счастливый клекот оглушил округу. В ответ над площадкой раздался еще более громкий призывный клич Графини.

— Что-то вкусненькое ему несет, — перевела чертова бабушка.

— Что значит — вкусненькое? — улыбнулся Нардо и сел с другого края скамьи. — Еще более вкусненькое, чем хвост Черной гадины?

Птенец прищелкнул клювом.

— Как девицу? — встрепенулся Люциус. Но подумав, он сел обратно. — Если сюда несет, значит — уже переварила…

— Я не смогу этого видеть! — Ирвит упала в руки мужа.

— Я тоже. Простите, Повелитель.

Люциус качнул головой и семейная пара исчезла. Рекоция сжав руки на груди, присела возле него, в то время как Вестерион остался стоять:

— А я такое не пропущу. Жаль, запечатлеть не на что.

Черная точка, вспорхнув с утеса, медленно приблизилась к ним. Гигантская птица очень аккуратно опустилась за ухоженным садом Рекоции и тихо пророкотала, приветствуя всех. Когда она в знаке почтения перед Темным Повелителем склонила голову, Вестерион отмер:

— Это и есть Галлоранский стекуляр Животворец?! Но… но я был уверен, что она всего лишь в два раза превосходит птенца!

— Нет, это Керим, став взрослым, будет в два раза больше матери. — В голосе Темного повелителя сквозила горечь. — Здравствуй, Графиня. Был бы рад встретить тебя при других обстоятельствах …

— Где твой подарок, дорогая? — всхлипнула чертова бабушка. Послышался клекот и Нардо перевел:

— С собой все-таки…

Графиня вывернула голову так, что задевала макушкой, а затем и клювом, спину. Глядя на ее движения, посол из 98 мира позеленел пуще прежнего.

— Это она сейчас все-все предоставит? — встрепенулся Вестерион, — весь объем съеденного?! — Рекоция грустно кивнула, а птенец, довольный собой и ситуацией, подпрыгнул на месте. Посол представил этот «поток провианта» и тут же прикрыл свой нос.

— Нет, увольте! Я на весь этот поток смотреть не буду. Ваше Величество, примите мои соболезнования в связи с потерей… — произнес он, исчезая. Трое сидящих на скамье были бледны и немногословны.

— Надо же. Он так ее ненавидел раньше, а сейчас соболезнует. — Произнес Нардо.

— Есть из-за чего… — Люциус указал на странные телодвижения Графини. — Никому не пожелаю такой участи.