— А можно списки проводников? — спросил Игорь. — У вас есть?

— Есть, конечно. — Петр Наумович опять нажал кнопку селектора. — Ромчик, принеси мне проводников по тридцать третьему, сто сорок первому, семнадцатому и восемьдесят пятому. И чайку завари с лимончиком.

— Через пять минут будет.

— Скажите, а зачем вам это все? — спросил начальник вокзала. — Что, жуликов ловите?

— Жуликов, отец, жуликов. — Игорь вздохнул.

— Правильно, давно пора. Местные — они все жулики. — Начальник насупился. — Вот, помню, один раз меня самого чуть не раздели, когда я в Симферополь отдыхать ехал. А им хоть бы хны. Совсем совесть потеряли.

Список принесли не через пять минут, а через сорок пять. Как раз пробило половину десятого.

— Вот. — Петр Наумович протянул бумаги Клаве.

— Ого-го. — Она пролистала и присвистнула. — Да тут человек сто пятьдесят.

— Сто семьдесят два, — поправил Петр Наумович, шумно отпив глоток чая. — По два проводника на вагон плюс начальник плюс четыре официанта. Двадцать вагонов в составе, да помножить на четыре.

Клава села и стала читать фамилии. Хотя зачем их читать. И так ничего не скажут.

— Женщин сразу вычеркивай, — подсказал Кленов. — И всех мужчин старше пятидесяти.

— Как? Тут возраст не указан. — Клава схватила ручку и стала вычеркивать фамилии.

— Ну вот, — сказала она минут через десять. — И того остается тридцать четыре человека.

— Все равно много, — Игорь покачал головой.

— Скажите, — спросил вдруг Кленов, — а у каких из этих городов есть прямое сообщение с Хабаровском?

— С Хаба-аровском? — Петр Наумович почесал затылок. — Теперь ни у каких. Отменили теперь прямое.

— А раньше?

— Раньше у Львова было. Только он через Москву не шел.

— Смотрите львовский. — Николай Николаевич толкнул Клаву в плечо.

— Знаю. — Она отбросила остальные листки в сторону. — Тут восемь человек получается.

— Ну это лучше, чем тридцать четыре. — Игорь с Кленовым радостно переглянулись.

— А во сколько он прибывает? — спросила Клава.

— Так через… — Петр Наумович посмотрел на часы. — Через час пятьдесят восемь минут. На тринадцатый путь. А отправляется через восемь с половиной часов, как семьдесят четвертый.

— Через восемь часов… — повторил Игорь, вычисляя в уме время. — Ну да, все точно. Он ведь мог второго проводника попросить пассажиров встречать.

— Ну что, больше мы за это время ничего не узнаем. — Клавдия встала. — Большое вам спасибо, Петр Наумович, вы нас очень выручили.

— Да ла-адно. — Начальник расплылся в улыбке. — Может, вам билетик куда достать надо? Так вы не стесняйтесь, подходите…

— Что теперь будем делать? — спросил Кленов, когда они вышли из кабинета в шумный вонючий вестибюль. — Поедем в прокуратуру? Теперь это дело техники: узнать, кто из проводников работал в хабаровском составе, и сопоставить фамилии. И всех делов. Уже завтра-послезавтра мы будем знать его имя.