— Да я краем уха слышал, как папа маме говорил, что директору доверили на хранение какой-то там камень, уж так его берегли, даже в "Гринготтсе" не хотели держать, а он все равно исчез! И что вор наверняка в школе, ну, может, если только снаружи забрался… но как?

— Ронни, в замке чертова туча потайных ходов, — просветил Хэл и довольно ухмыльнулся. Питер, судя по всему, не соврал. — Братцев своих расспроси, они точно знают.

— А это не ты постарался? — опасливо спросил Уизли. — С кражей-то?

— Я даже не знаю, что именно сперли, а поскольку я лично уволок в норку много всяких симпатичных штучек, то кто знает…

Тут Хэл довольно улыбнулся: он успел смотаться в Лондон и загнать большую часть своей добычи — любители старины это барахло с руками оторвали! Конечно, перекупщики урвали свою долю, и немалую, но что делать? Не на вокзале же серебряными кубками торговать! Что попроще, Хэл оставил своим ребятам, наказав продавать помаленьку и не жадничать особо, а лучше вообще припрятать на черный день. Мало ли…

"Все сходится, — мысленно потер руки Хэл. — Питер слышал о философском камне, я видел, как директор забирал его из банка, Ронни знает о краже… Осталось только узнать, как этот камушек использовать! Но это ничего, это дело времени, выясним. Чувак, который его создал, должен быть нехуево знаменит, значит, найдутся книжки и все в этом роде. Разберемся… Уж терпения мне не занимать!"

— Я, может, еще чего узнаю, — с намеком произнес Уизли, почесав веснушчатый нос.

— Лады, — кивнул Хэл. — Узнаешь — приходи. В долгу не останусь. Только, рыжик, не вздумай протрепаться об этом предкам или директору. И тем более братцам, очень уж они пиздливы, хотя изобретательны, это да…

— Я дурак, что ли? — хмыкнул Рон. — Не-ет… Буду помалкивать. Только если спросят, откуда деньги…

— А ты ими не свети, — сказал Хэл и ухмыльнулся. — У меня бабла порядочно, но ведь по мне и не скажешь, а?

— Вообще-то да, — сознался Уизли, подумав. — Это Малфой вон с бриллиантовыми запонками ходит, в шелковой мантии, а ты… ну, обычно. Почти как я.

— В шелковой мантии пиздец как неудобно ломик прятать, ее перекашивает, — просветил тот. — Да и жалко по углам обтирать. Для праздника — оно конечно, можно и принарядиться, а так — только внимание привлекать. Крысы, дружок, должны быть неприметными.

— Неприметнее меня, по-моему, и быть не может, — Рон снова почесал нос. — Меня даже предки замечают только когда мусорное ведро надо вынести или вот… с тобой познакомиться.

— Ничего, — утешил Хэл и гадко улыбнулся. — Держись меня, не пропадешь. Только учти, я не выношу всякого идиотизма типа "геройски закрыл собой", "погиб во имя" какой-нибудь хуйни и прочей тягомотины. Кто будет мешаться под ногами — избавлюсь без вопросов, и спать после этого буду спокойно. Ясно?

— Да-а… — протянул Уизли, глядя на него с некоторой опаской, но явно прикидывая возможную выгоду.

Хэл уже решил, что его вполне можно сделать казначеем: Рон явно прижимист, если не сказать жадноват, деньгам счет знает и при должной идеологической накачке в мотовство не ударится.