— Гугошка!.. Гугошка, милая, еще немного!.. Ну, потерпи!.. Потерпи!.. — Кронго чмокнул.

Да, он все рассчитал правильно. Гугенотка сделала невозможное, увеличив сейчас и без того предельный пейс. Выход из последнего поворота. Все… Теперь только — занять бровку… Занять, плотно прикрыть и… Ни в коем случае не допускать ошибки… Занять бровку, не пустить к ней Генерала… Пусть обходит полем — если сможет… Пусть… Что творится на трибунах… Но все это потом, трибуны и все остальное потом… Не думать об этом. Кронго поднял вожжи:

— Гугошка! Умри! Гуго-о-шка!

И все-таки Генерал отвернул и смог каким-то чудом с поля подтянуть Исмаилита. И где подтянуть — здесь, уже метрах в ста пятидесяти от финиша… Неужели обойдет… Вот морда Исмаилита сбоку… Не дать ей приблизиться… Не дать… Кто поедет по третьей… Негритос… Кто поедет… По третьей… Все… Исмаилит уже не обойдет… Не обойдет… Негритос… Кто поедет…

— Гугошка… — Он уже не кричит это, а шепчет, улыбаясь. — Гугошка… Гугошенька…

Удар колокола над ухом. Финиш… Они первые… Первые… Сзади Исмаилит… Но это уже не важно… Не важно… Они первые…

Еще движутся, пружиня, ноги впереди. Еще дрожит качалка.

— Первое место…

Кто поедет по третьей… Негритос… Остальное не важно. Не важно.

— …выступавшая под номером третьим Гугенотка… под управлением мастера-наездника Дюбуа…

Они первые. Первые.

Кронго не успел еще переодеться после заезда и торжественной проездки с Гугеноткой перед трибунами, когда его вызвали в Дирекцию.

— Морис, это что-то серьезное, — сказал в трубке голос секретарши. — Поспеши.

— Что, не знаешь?

— Какие-то люди из Швейцарии. Кажется, фирма «Эстль». Твой продюсер тоже здесь.

В приемной его остановил мсье Линеман.

— Морис, кажется, тебе подвалило.

— Мне?

— Ты знаешь, я хотел бы работать только с тобой. Если ты против — я откажусь. Но извини — они дают за Гугенотку миллион.

— А что случилось?

Мсье Линеман помедлил.

— Ладно… Проходи в кабинет.

Несколько человек, сидящих в ряд за боковым столом в директорском кабинете, повернулись в их сторону. Кивнули. Директор улыбнулся. Кашлянул, подождал, пока они сядут.

— У нас сегодня… очень приятные гости.

Один из сидящих рядом с Кронго еще раз кивнул. Повернулся к нему:

— Мсье Дюбуа, мы хотели бы сделать вам серьезное предложение. Мы — это фирма «Эстль» и дирекция объединенных ипподромов Женевы и Берна.

Значит, это — фирма «Эстль». Та самая. «Отделения во всех странах мира».

— Да, я слушаю.

— Судя по предварительному разговору с вашим продюсером… и дирекцией вашего ипподрома… с их стороны возражений не будет. Мы предлагаем вам работу у нас.

— У вас? А… где?

— В Берне или в Женеве — по вашему выбору. Условия — вы будете работать у нас старшим тренером двух конюшен… Рысистой и скаковой… Ну, и, естественно, наездником. Кроме того, вы становитесь владельцем этих конюшен — автоматически после подписания контракта. Естественно, без всякого вложения капитала с вашей стороны.