Чтоб он еще раз пропустил хоть одну встречу, назначенную Маркусом! Никогда. Черт, может, даже стоит переехать в Треймаунт-Хаус и приходить на эти встречи первым.

Он потер лоб, в голове зарождалась головная боль.

– Леди Уэстфорт принимает?

– Может быть. – Мужчина утер нос тыльной стороной ладони и смачно шмыгнул носом. – А может, и не принимает. Вам-то что за дело?

Если по слугам можно судить о хозяевах, то работа Брэндону предстояла нетрудная.

– Доложи леди Уэстфорт, что я здесь. – Он достал из кармана визитную карточку из плотной веленевой бумаги. – Меня зовут Брэндон Сент-Джон. Я отниму у леди Уэстфорт не больше двух минут. – Пожалуй, даже меньше, если она так нуждается в средствах, судя по разряду ее дворецкого.

Дворецкий взял карточку двумя пальцами и, прищурившись, прочел имя.

– Мистер Сент-Джон, да? Я скажу, что вы здесь.

Дворецкий посмотрел на Брэндона поверх карточки и одарил его последним подозрительным взглядом. Затем, к вящему изумлению Брэндона, отступил и захлопнул дверь перед носом посетителя.

Ни разу в жизни Брэндона не оставляли мерзнуть на крыльце, словно торговца, который ошибся дверью. Это было унизительно. Закипая, Брэндон собрался снова постучать. Но не успел хлопнуть по двери латунным кольцом, как она снова распахнулась.

Дворецкий сконфуженно улыбнулся, блеснув золотым зубом.

– Хозяйка сказала, что я не должен был оставлять вас на крыльце. – Он посторонился и жестом предложил Брэндону войти. – Я провожу вас в гостиную. Вам повезло.

Брэндон досадовал, что не может просто повернуться и уйти, потому что это лишь отсрочит неизбежное. Поэтому он сдержал свой гнев и прошел в холл. Он ждал, что дворецкий предложит взять пальто, но тот лишь стоял и глупо улыбался.

– Понимаете, я работаю первую неделю. Не все правила еще выучил.

Брэндон не собирался это оспаривать. Он скинул пальто и отдал дворецкому.

– Ух! Вы не должны этого делать. Я бы с радостью принял его, но моя хозяйка уволит меня, если я приму такой дорогой подарок, – неохотно вернул пальто Брэндону, который был настолько поражен, что не мог вымолвить ни слова.

– Ну вот, сударь! Если хотите меня наградить, дайте шиллинг.

– Шиллинг?

– За то, что открыл вам дверь...

– Гербертс! – донесся с лестницы женский голос.

Дворецкий немедленно обратился в слух.

– Да, хозяйка?

Самое время. Брэндон проследил взгляд дворецкого, загодя приготовив полуулыбку. Но едва он увидел женщину, стоявшую у подножия лестницы, как его улыбка стала сползать с лица и исчезла.

Девон ошибся – леди Уэстфорт была отнюдь не красива. Слишком короткая нижняя губа, слишком резко очерченный подбородок, и фигура не худощавая, не гибкая, как предпочитал свет. Ее волосы цвета спелой пшеницы были густыми и прямыми, а не волнистыми, которым отдают предпочтение женщины из высшего общества.

Настроение у Брэндона улучшилось. Возможно, Маркус ошибся. Чейз просто не мог влюбиться в такую женщину. Брэндон подумал о том, что скорее всего вообще напрасно пришел сюда. В этот момент женщина повернула голову, и ее вопросительный взгляд встретился со взглядом Брэнда.

Глаза у нее были темно-фиалковые, опушенные длинными, густыми ресницами; кожа кремовая, чуть розоватая. Но дыхание у Брэнда перехватило от ее улыбки.

Он не смог бы объяснить, в чем тут дело, но когда она вот так посмотрела на него, с юмором, когда ее губы изогнулись в улыбке, Брэнд отозвался всем своим существом. Словно он уже знал ее. Знал в интимном смысле этого слова.

Она грациозно кивнула:

– Мистер Сент-Джон. Надеюсь, вы простите Гербертса. Он новичок и еще не знаком со всеми своими обязанностями.