— Как давно он тут? — задал я санитару вопрос.

— Старикан этот? — переспросил тот неожиданно беззлобным голосом и, не дожидаясь ответа, продолжил. — Да неделю уже как. Дети сдали, говорят, что встретил кого-то на улице, и с тех пор только об этом и говорит, не ест и не пьёт, не моется. А вы шли бы отсюда, мы только его в порядок более-менее привели, а теперь…

Старик говорит о том, что видел Князя чуть больше недели назад. И это его настолько впечатлило, что он сошел с ума.

Нет, очевидно, что он и так уже впал в старческий маразм. Когда он родился-то? Наверняка еще в прошлом веке. Пережил две большие войны, в двадцатых и в сороковых, несколько кризисов. Да и в целом мир за это время изменился, тяжело с катушек не слететь.

Но если это все-таки так? Что если Князь в городе? Его никто не видел уже лет двадцать, так ради чего он вышел из тени?

И кем же он был в прошлом, что появление Князя впечатлило его до сумасшествия, как он связан с нашим миром? Наемничал? Ну так мы обычно до старости не доживаем. С бандитами то же самое.

Может быть, это бывший пиджак? Так а чего он тогда не в нормальном реабилитационном центре, а в этой подпольной клинике?

— Чего замер, Молодой? — сказал решала. — Пошли уже.

Мы двинулись дальше по коридору. Психи продолжали верещать, это было похоже на зоопарк с обезьянами, только в сотни раз страшнее, потому что вместо животных в этих клетках бесновались настоящие люди.

— За кого он тебя принял? — спросил Фанат. — За Князя?

— Не знаю, о чем ты, — ответил я.

Поспешно. Слишком поспешно.

— Слышь, а ведь ты похож, — сказал решала. — И как это я раньше-то не замечал? Ты что, сынуля его что ли? Да и пиджак тот ведь на той встрече что-то о твоем происхождении говорил.

Я остановился и посмотрел решале прямо в глаза.

— Фанат, ты жить хочешь? — спросил у него.

— А к чему это ты? — нахмурился он.

— Так вот, если хочешь, то забудь на хуй о том, что сейчас произошло. Понял?

А потом, не дожидаясь ответа, двинулся дальше. Если не дебил, то все осознает и задавать вопросов больше не будет. А если начнет искать… Ну туда ему и дорога.

Мы прошли мимо палат, и оказались в небольшом помещении со столом и несколькими стульями. Похоже, что это было что-то вроде больничного поста.

На одном из стульев сидел молодой мужчина в чистом, с иголочки, медицинском халате под которым было видно рубашку с галстуком, черных брюках, лакированных туфлях. Помимо этого он носил очки с золотой оправой. Непростой человек, очевидно, но неприязни, как те же пиджаки, он у меня не вызывал. Не акула бизнеса, какой-то интеллигент.

Заметив нас, он встал, сделал шаг в нашу сторону, и протянул руку решале.

— Фанат, — сказал он. — А я-то думаю, кто это нам всех пациентов переполошил.

В этих словах прозвучала откровенная фальшь. Очевидно, он прекрасно знал, кто к нему идет.

— А кто этот молодой человек? — спросил он.

— Это… — начал, было, отвечать решала.

— Молодой, — сказал я и, чуть подумав, все-таки протянул врачу руку. — Наемник.

— А, я о тебе слышал, — он пожал мою ладонь. Рукопожатие у него было крепкое, а вот кожа на руках нежная, без единой мозоли. Хотя, может быть, это рилскин? Но вряд ли. — Хотя кто о тебе не слышал-то, когда за твою голову две с половиной сотни тысяч давали.