Однако самую большую известность в истории отечественного флота все же получила трагедия линейного корабля «Фершампенуаз». Возможно, потому, что о ней сохранилось больше всего документов; возможно, потому, что это был последний парусный линейный корабль российского флота, погибший в результате пожара. История «Фершампенуаза» не только трагична, но и поучительна.

Этот 84-пушечный линейный корабль, названный в честь одной из побед русской армии над наполеоновскими войсками во время заграничного похода 1813–1814 годов, являлся головным в серии линейных кораблей («Эмгейтен», «Гангут», «Императрица Александра» и другие). «Фершампенуаз» входил в состав Средиземноморской эскадры вице-адмирала Петра Рикорда, действовавшей у Дарданелл во время русско-турецкой войны 1828— 1829 годов. И корабль, и экипаж, и командир линкора капитан 1-го ранга Г.И. Платтер зарекомендовали себя в течение всего периода нелегкого средиземноморского похода с самой лучшей стороны. «Фершампенуаз» месяцами нес дозорную службу, перехватывал неприятельские суда, вел обстрел береговых укреплений противника. Командующий эскадрой неизменно ставил «Фершампенуаз» в пример всем остальным кораблям и часто поднимал на нем свой флаг. Именно поэтому уже после окончания войны с турками и подготовки к возвращению на Балтику Рикорд представил капитана 1-го ранга Платтера, как лучшего из командиров кораблей, к назначению на должность своего младшего флагмана с одновременным присвоением контр-адмиральского звания «за боевые отличия». Вместо Платтера новым командиром «Фершампенуаза» был назначен старший офицер корабля капитан-лейтенант Антон Барташевич, также за время похода зарекомендовавший себя грамотным и умелым офицером. Однако, принимая во внимание малоопытность Барташевича как командира линейного корабля, Платтер большую часть времени старался держать свой флаг именно на «Фершампенуазе», опекая и наставляя молодого командира. Что касается самого Барташевича, то новое назначение открывало перед ним самые прекрасные перспективы. О такой карьере мечтал каждый из офицеров Средиземноморской эскадры.

Вспомним, что во время этой же Средиземноморской экспедиции отличившийся в Наваринском сражении лейтенант Павел Нахимов за совершенные подвиги был награжден Георгиевским крестом, произведен в капитан-лейтенанты и назначен командовать трофейным корветом «Наварин». Но ведь корвет – судно всего-навсего третьего ранга, а линейный корабль – первого! При этом официальная историография Средиземноморского похода 1827–1830 годов не донесла до нас каких-то особых подвигов капитан-лейтенанта Барташевича. Скорее всего, офицером он на самом деле был достойным, хоть и без каких-либо выдающихся заслуг. Что же до его столь высокого назначения (и в обход многих старших офицеров эскадры), то этому могла способствовать как личная расположенность к своему ученику нового младшего флагмана эскадры контр-адмирала Платтера, так и неведомые нам кадровые механизмы.

Возвращение Средиземноморской эскадры в Кронштадт было спланировано так, что корабли совершали переход несколькими отрядами. Один из таких отрядов возглавил Платтер, который свой флаг поднял, разумеется, все на том же любимом им «Фершампенуазе».

Плавание к родным берегам прошло вполне успешно. После нескольких лет непрерывных походов и боев моряки наконец-то увидели родной Кронштадт. По прибытии «Фершампенуаз» был поставлен на якорь на малом Кронштадтском рейде.