– Я пойду телевизор включу, – вздохнула Ксения Петровна. – А ты кушай, кушай. Тебе сейчас силы нужны.

Через минуту, когда в большой комнате заговорил телевизор, ясновидица вернулась и положила перед ним его телефон.

– Вот, представляете, – невесело усмехнулся Андрей, – сейчас позвонить Анне, а она ответит мне как ни в чем не бывало. Просто уехала в гости на денек, а предупредить забыла?

– А ты позвони! – просияла Ксения Петровна.

Андрей безнадежно покачал головой.

– Только себя выдам.

Но еще теплый мобильник он в карман все-таки положил.

– Все, я поехал. Машину Сереге верну.

– Да?… А зачем сейчас? Утром… Сейчас дождь.

– Утром, дорогая Ксения Петровна, мне придется возвращаться оттуда через весь город, да в таком вот виде, да с двухдневной щетиной… Вы же понимаете, что бдительные граждане сдадут меня сразу… Так что…

Андрей безнадежно развел руками.

– И тогда я ни себе, ни тем более Анне помочь ничем не смогу.

– Да… Ну ладно, поезжай тогда. А я тут подумаю.

Она, склонив голову к левому плечу, внимательно поглядела ему в глаза.

– Только ты недолго, хорошо? Я волноваться буду.

Сырые кроссовки были мерзко-холодными, куртка тоже.

«Что, не поняла тетенька, что происходит? Ксюша Петровна не поняла?» – думал Андрей и, стараясь не топать, сбежал по лестнице.

А он-то сам знал, что собирается делать?

Самым логичным и простым было сначала вернуть Павлючку тачку, потом зайти домой, вне зависимости от того, есть там засада или нет. Если есть, то… Если нет, подождать до утра. А потом, если не будет обнадеживающих вестей от Ксении Петровны, идти сдаваться ментам, вести их на место лежки… Пусть ищут!

Вся эта логика разрушалась одним обстоятельством – полной неуверенностью в том, что менты будут искать Анну, а если и будут, успеют ли найти живой. Поэтому, доехав до трамвайного кольца, Андрей не остановился, а продолжил путь к повороту на грунтовку.

Нащупал в кармане диск оберега.

«Непонятно, почему ремешок не оборван… Сняла сама?»

Андрею вдруг представилось, что эта история, вполне, впрочем, невероятная, развивалась следующим образом…

Анна, встретившись с водяным, лешим или кто он там в языческой иерархии, вдруг вспомнила свою изначальную природу, изменила человеческому возлюбленному и сбежала – чтоб поселиться с этим чудищем где-то в потаенном месте. Ведь размножаются эти существа каким-то образом? И оберег сняла добровольно, чтобы он не отпугивал нового поклонника. Или оставила на виду для него – как знак полной отставки.

«О господи, о чем я думаю!» – одернул он себя, вспомнив, что ни в коем случае не должен пропустить поворот, скрывавшийся в невнятно шуршащей струями темноте.

Поворот должен был показаться вот-вот. Андрей сбросил скорость.

«А может, Анна действительно сняла и оставила кулон для меня?! Как знак – я здесь была?! Чтобы я понял и разыскал ее! Она на меня надеется! Она меня ждет!»

В восторге от собственной догадливости, Андрей едва не пропустил поворот.

«Туда я приехал, нет?»

На размокшей глине были видны отпечатки шин, уже налившиеся водой.

Андрей из соображения экономии ресурса выключил фонарь и побрел по просеке, решив пока не углубляться в заросли, которые едва различал в темноте. Дождь выдыхался, лениво шлепал по невидимым листьям.

Андрей замедлил шаги, чувствуя, что дальше под ногами не просто сыро и скользко, но топко, как тогда весной, у озера.

«Постой-постой!»

Он действительно остановился.