– Здесь? – уточнил Андрей, увидев какую-то боковую дорогу справа.

– Ну давай здесь, – не слишком уверенно ответила Ксения Петровна.

Они свернули и поехали по неровной дороге, пришлось сбросить скорость. Вокруг не было ни огня, а свет фар выхватывал из тьмы густые, невысокие заросли.

«По сельской местности, к ближайшему орешнику… Да, я брежу».

– Андрюша, остановись, а? Мне определиться надо.

– Как скажете, – пробормотал Андрей, тормозя.

– А где мы? – сразу рванулся открывать дверцу Павлючок.

– Серег, помолчи, пожалуйста, – едва сдерживаясь, осадил Андрей. – Сейчас не наше время. Успеешь на подвиг сбегать.

Павлючок послушно прикрыл дверцу. Мотор Андрей заглушил, «дворники» и фары выключил, а свет в салоне включать не стал.

Все затихло. Струи гуляли по крыше, тупо, сотней нервных пальцев постукивали в стекла. Что делается на заднем сиденье, Андрей не представлял.

Минут через десять Ксения Петровна глубоко вздохнула, даже чуть застонала.

– Андрюша, давай еще немного проедем, а? Сережа, тебя дома не хватятся?

– Да времени только восемь, – хмыкнул в темноте Павлючок. – Фигня.

«Это что – двоих суток не прошло с тех пор, как я видел Анну веселой и ничего не подозревающей, а сам был приличным, законопослушным гражданином, борцом с несправедливостью, криминалом и нечистой силой?»

– Тут остановимся, а? – тихо сказала Ксения Петровна.

– Как скажете, повелительница.

– Выйдем… Может, мальчик в машине останется?

– Какой я мальчик! – возмутился Павлючок, и Андрей неожиданно заметил, что у него ломается голос.

– Простудить тебя боимся, – сказал Андрей. – И не кричи – рыбу распугаешь.

– Какую ры…

– Тихо, Сережа, ну тихо ты! – досадливо попросила Ксения Петровна, выкарабкиваясь с заднего сиденья. – Ты же должен понимать…

Они постояли около машины, пока глаза привыкали к почти полной тьме. Наконец стали различимы кусты, за ними деревья, верхушки которых слегка выделялись на фоне серо-синего неба.

«Там, за облаками, сейчас роскошный алый закат», – подумал Андрей.

Ему ужасно хотелось поторопить ясновидицу, но он не решался.

– Фонарик ведь у нас есть? – словно услышав его нервные вибрации, спросила Ксения Петровна.

– Да уж Серега расстарался, – пробормотал Андрей, нажимая на выключатель.

– Тогда нам туда. Дай я первая пойду.

– Нет, а вдруг там?… Я первым пойду!

– Его там нет, – тихо, но решительно сказала Ксения Петровна и, взяв из его руки фонарь, быстрым шагом пошла куда-то направо от дороги.

Андрею с Павлючком, не ожидавшим такой прыти, пришлось догонять ее почти бегом.

Они углубились в заросли, свет фонаря почти сразу разбивался о ветки и листву. Видно, район этот популярностью у любителей шашлыка не пользовался – не было тропинок, вытоптанных полянок, густая трава цеплялась за ноги. Наконец, кусты стали реже, появились деревья – старые сосны, ветки у которых начинались уже на высоте пары метров. Травы почти не было – наверное, ей не хватало солнца.

– Сереж, – тихо позвал Андрей, как будто не уловив за собой шагов юного приятеля. – Ты где там?

– Туточки… Куда мне деться?

– Что-то здесь есть, – невнятно пробормотала Ксения Петровна, поднимая фонарь почти на высоту вытянутой руки.