Вынырнув и отплевываясь, Андрей увидел, что к воде спускаются еще несколько человек. Мужики гоготали, а девицы без лифчиков прикрывались руками и развратно повизгивали, гнусно нарушая гармонию раннего утра.

«Все, пора по домам!»

Вытираясь собственной футболкой, безнадежно выпачканной травяным соком, Андрей вернулся к помосту. Анна сидела там, одетая в джинсы и голубой свитерок.

И не скажешь, что они вот так, бурно, почти бесстыдно, провели ночь…

– Не замерз? – спросила она, мельком оглядывая Андрея.

– Не успел. Пошли?

Они двинулись к дороге. Неукротимо светало. Из-под кустов вылезали помятые, ошалелые язычники, зевали не стесняясь, потягивались, собирали разбросанные вещи и брели к шоссе.

Было половина пятого утра. Небо затянули облака.

– Похоже, будет дождь, – заметил Андрей.

Анна промолчала, а он с запоздалым опасением пощупал кармашек на шортах, но ключ от машины, слава богу, был на месте.

«Удивительно, что я его там не посеял… Ага, к следующему году москвичок аккурат бы взошел… Точно! Импульс к плодоношению дан был мощный».

– Ты действительно хочешь, чтобы я отвез тебя в лагерь? – переспросил Андрей, отпирая машину.

– Да, если можно, – тихо ответила Анна.

– Да можно-то можно…

– А что?

Они уже сидели в машине.

– А то, что мне надо что-то решать… со всем этим. – Андрей двумя пальцами погладил Анну по виску.

– С чем – с этим?

– Со мной, с тобой, с нашими отношениями… С моей жизнью, в конце концов.

– А… почему такая спешка? – Анна повернулась к нему.

– Потому что через полтора месяца у меня заканчивается договор с редакцией, – терпеливо разъяснил Андрей.

– Да? – искренне удивилась Анна.

– Да, дорогая, да! – покачал головой Андрей. – И мне уже сейчас надо решать – остаюсь ли я здесь, и если да, то на сколько. Если остаюсь, то как у нас с тобой? Если возвращаюсь в Москву, едешь ли ты со мной?

– Я не знаю.

– Тебе со мной плохо?

– Мне с тобой очень хорошо, Андрюшик! Правда… – Она ткнулась в его плечо лбом. – Ты себе даже не представляешь, как мне с тобой хорошо.

– Значит, будем думать вместе. А?

Анна ничего не ответила, но возражать не стала. Надо было отправляться.

Андрей повернул ключ зажигания и глянул в зеркало заднего вида. От их дикой парковки одна за другой отходили машины – гости разъезжались по домам, к цивилизации.

Праздник кончился.

«Да, но как мы это там… в лесу, а? – развеселился Андрей, подъезжая к городу. – Славно-то как было!.. Разве я плохо себя показал? Очень даже хорошо!.. Может, поэтому девочка такая квелая была? Отвыкла, поди, от яркого… э-э… проявления чувств, а сознаться побоялась».

В свой подъезд Андрей вошел без четверти семь утра – хорошо, что его в мятых брюках и выпачканной черт-те чем футболке никто не увидел.

Хотя с его профессией чего не бывает… И такое тоже. Жаль, не часто.

Он уже был готов на упругой волне мерзкого самодовольства – ух, я и крут мужик! – в два прыжка взлететь на свою площадку. Но у него на пути, совсем для него неожиданно, возникло трое парней. Андрей, все еще пребывавший в лесу, полном то воинственных кликов, то сдержанных вздохов, отстраненно удивился – не спится кому-то утром в выходные… Машинально сделал движение – обойти ранних пташек, но парни заступили ему дорогу – уж никак не случайно… Пришлось притормозить.