|
(Он никогда не выходит на поле с настоящими игроками.) Таким образом Сэмми забывает, что никакой он не игрок в гольф. А вчера федералы стали вокруг поля, дожидаясь, когда он положит мяч в лунку. А он все промахивается. Федералы так и попадали со смеху. „Эй, Сэмми, — говорят, — мы слышали, шпионы выдали тебе значок. Покажи нам твой значочек. Покажи нам твой, а мы тебе покажем наш. Да ну же, продемонстрируй, — говорят, — твою цэрэушную штучку. Мы ей честь отдадим“. Сэм чуть не рехнулся. Рано или поздно он умрет от инсульта.
Харви. Откуда тебе это известно? Розелли. Ты считаешь, его тяжеловесы еще и тяжелодумы и не могут говорить? Харви. Ты что же, хочешь сказать, что даже его ублюдки не любят Сэма? Розелли. Он путаник. Больной малый. В Вегасе был один мужик в казино, который крепко надувал Сэма. Управляющий, которому следовало бы лучше разбираться в делах. За такие штуки положена смерть. А Сэм говорит: „Пусть это будет примером, который никто не забудет. Убейте мерзавца и его жену“. Что и сделали. Сэм нехороший мужик. Я бы назвал его предателем. Он подкупил домашнего детектива, чтобы тот забил статикой подслушивающие устройства. Харви. Это ты не сможешь доказать. Розелли. Слушай, я хотел, чтобы прошел Никсон. Сэм хотел Кеннеди. Будь у него в голове мозги, а не труха, он поддерживал бы Никсона. Но нет, Сэм хотел, чтобы Кеннеди отвинтили ему башку. Харви. А я всегда считал, что вы с Сэмом вместе работаете в Вегасе. Розелли. Зачем же мне самому себе отрубать член? (Знаешь, что я) потерял в тот день в Вегасе? Американское гражданство. С девяти лет я ни одного дня не имел законных документов. Харви. Я слышу звуки скрипок. Розелли. Ты закрыт для пристойных чувств. Ты видишь во мне хулигана и потому не можешь понять. А я готов умереть за свою страну. Я патриот. Харви. Успокойся. (Мне безразлично, кто) ты. (У меня самого, возможно,) криминальные наклонности. Розелли. Ты рехнулся. Ты человек неподкупный. Харви. Правильно. Ни разу ничего такого себе не позволил. По части денег. И по одной причине. Запомни как следует. Я мог бы быть на вашей стороне. Но я просто этого себе не позволил. Потому как если бы я пошел по этому пути, Мейер Лански был бы сейчас мелочью. Я был бы самым богатым человеком в мире. Розелли. Никогда не поздно вскочить на борт. Харви. Ты недостаточно крупная птица для осуществления моей идеи. Розелли. Люблю людей, которые болтают попусту. Харви. Подожди, пока мы как следует (напьемся. Тогда) я тебе скажу. Розелли. А мы уже как следует напились. Харви. Будь здоров. Розелли. Так какая же у тебя есть мысль? Расскажи насчет большого дела, дядюшка Билл. Харви. Вегас. Хочу произвести налет в Вегасе. Розелли. Тогда ты покойник. Назови мне хоть одно заведение в городе, к которому можно было бы подступиться. Харви. Двум бандитам, конечно, не подступиться. Или трем ковбоям. Но никто никогда над этим не задумывался. Я же не говорю — разгромить (какое-то заведение). Я говорю обо всем городе. Провести операцию, как в пустыне. Высадить (небольшую армию). Пять самолетов. На них прилетят три сотни (человек. Парочка) танков. Легкая артиллерия. Розелли. Роскошный мужик. Вот чертов полицейский! Совсем рехнулся. Харви. Ты берешь аэропорт. Сажаешь человека в диспетчерскую башню. Направляешь все самолеты в Прескотт, в Феникс. Реквизируешь запаркованные машины, (которые могут тебе понадобиться). Проникаешь (в город, отключаешь) телефоны, ТВ, радио. Окружаешь полицейские (участки, Вегас — это все равно как) искусственное сердце, лежащее на столе. Надо только (овладеть) проводами, которые питают его. Розелли. Твои гребаные мозги выдают черт знает какие роскошные идеи. И кто же будет в этой твоей чертовой армии? Харви. |
