– Э, да вы что творите?! – возмутился человек в картузе. – Вот ведь наглец! Если вы немедленно не уберетесь, предупреждаю: я пошлю за полицией!

– Не утруждайтесь, милейший, – усмехнулся инспектор, во второй раз за день предъявляя свой жетон. – Полиция уже здесь. Я всего лишь хочу задать пару вопросов владельцу заведения.

Человек открыл дверь пошире и наклонился вперед, чтобы получше рассмотреть жетон. Когда он выпрямился, всем своим видом напоминал уже не тюремного надзирателя, а немолодого сварливого консьержа.

– Полиция, стало быть? Владельца нет на месте. Зайдите в другой раз!

Валантен, рассудив, что проявил достаточно терпения, без дальнейших разговоров сильно толкнул створку плечом. От неожиданности его собеседник ахнул и чуть было не потерял равновесие, но все же успел вовремя шарахнуться назад, чтобы не получить дверной ручкой в живот – судя по цвету лица, печень его и так пребывала в плачевном состоянии, и это точно не пошло бы ей на пользу.

– Вы позволите? – любезно осведомился инспектор как ни в чем не бывало. – Погода нынче нежаркая, и нам гораздо удобнее будет обсудить дела в помещении. А дела у нас, у полицейских, как вы, несомненно, догадываетесь, бывают такие, что никак нельзя откладывать до «другого раза». Но не беспокойтесь, я буду краток.

Человек в картузе подавил злость и заметно присмирел.

– Так что вы хотите? – спросил он, повысив тем не менее голос, поскольку шум рабочих инструментов в вестибюле был намного громче.

– Для начала хотелось бы знать, кто вы такой. У меня фобия – не люблю разговаривать с теми, кто мне не представился. Вежливость делает отношения с людьми более легкими и приятными, вы не находите?

– Меня зовут Дезире Фраппар, я тут завпост, то бишь заведую постановочной частью. Предупреждаю: если вы насчет просроченных счетов или жалоб от соседей, вам надо говорить с моим хозяином. Я отвечаю только за спектакль.

– Что ж, дорогой месье Фраппар, будьте покойны, именно о спектакле я и хочу с вами потолковать. Но у вас тут ведь наверняка есть более подходящее местечко для приятной беседы, где нам не помешает этот адский шум. Быть может, рабочий кабинет, в котором вы храните список сотрудников?

Завпост искоса поглядывал на него. По выражению желтушного лица – озабоченному и явно заинтригованному – нетрудно было догадаться, что он сбит с толку необычным поведением молодого человека из полиции. Да и внешний вид Валантена его должен был озадачить: изнуренное лицо с небритой щетиной, криво повязанный галстук, измятый редингот плохо вязались с дорогой цепочкой от карманных часов, тростью с серебряным набалдашником и властной повадкой. Видимо, Фраппар не мог понять, что за редкая птица его посетила и как лучше себя вести. Однако лишних вопросов он задавать не стал и покорно отвел Валантена в кабинет с этажеркой, заваленной папками и бумагами.

– Мне доподлинно известно, что примерно год назад некий Пьер Оврар был нанят в это заведение для развлечения публики в антрактах, – с места в карьер перешел инспектор. – Я хочу знать все, что вы можете рассказать об этом человеке. Вероятно, для этого вам понадобится заглянуть в свои реестры.

Фраппар, казалось, выдохнул с облегчением.

– Если вас интересует этот пройдоха, нет нужды рыться в бумажках, – проворчал он. – Я с ним достаточно наобщался, чтобы все вот тут осталось. – Он постучал себя пальцем по виску. – Как только Оврар здесь появился, я сразу смекнул, что он всем покажет, где раки зимуют. Могу вас заверить, никто не заплакал, когда он смотал удочки в прошлом сентябре.

– Чем же он вам так не угодил?

– А прежде всего своим дурным характером.