— Я убью тебя, мегера вонючая, — прохрипел он забитым снегом и землей ртом. — Тьфу, гадость…

Неела не слушала его проклятия, она завалилась набок. Половина ее тела оказалась парализованной. Она оперлась плечом на частокол и вяло махала левой рукой. Говорить не могла. Беззвучно шевелила уголком рта, что походило на конвульсию, и гневно сверкала одним живым глазом. Но гремлун был в ярости. Перед собой он видел только одного врага, и им была Неела. Коротышка изрыгал проклятия и обещал семь небесных казней наглой получеловечке. А в это время магия шуаньцев разрушилась, и ко рву устремились дикари. Наступил критический момент в битве. Гремлун в своем гневе мог разрушить все планы Артема.

За его спиной появился Хойскар, оставленный Артемом на всякий случай. Он не оставил Неелу и гремлуна одних и не пустил ситуацию на самотек. Хойскар должен был проконтролировать ситуацию и вмешаться, если события пойдут не так, как планировалось. Артем понимал, что полностью доверить дело Сваду нельзя. Да, если честно, и Нееле тоже. Они могли запросто запороть спланированную им операцию.

Хойскар, понимая, что конфликт может обойтись очень дорого, быстро принял необходимые меры. Подхватил Свада за шиворот и затряс. Тот, не видя, кто его схватил, истерично заверещал и забился.

— Собирай амулеты, недомерок, — прокричал ему в ухо Хойскар. — Убью, если ты испортишь план Артема. А когда ты вернешься — снова убью.

Свад пришел в себя и стал выворачиваться из его рук.

— Да отпусти ты, дылда… Чего она толкается? — закричал он. — Как я соберу амулеты, если ты меня держишь?

— Показывай, где они, — приказал Хойскар и тряхнул гремлуна.

— Один под ногами. Вон он, — опустив глаза, прохрипел полузадушенный Свад.

Хойскар отпустил коротышку, и тот, шатаясь, ухватил амулет. Пес, лежащий на снегу без признаков жизни, поднялся и оскалил красную пасть. В лицо гремлуна ударил смрад, и он подхватился, зигзагами побежал вдоль частокола, собирая амулеты-гасители магии.

Он успел. Сотня воинов уже заскочила в ров, и там ожили мертвяки. Они некоторое время приходили в себя, но запах свежей пищи и живой плоти буквально вышвырнул их из-под земли.

Сотня воинов оказалась среди восставших мертвецов и вступила в отчаянное сражение. Мертвяки уже не стали тащить живых вглубь земли. Они просто сошли с ума от близости живой плоти и больше не поддавались управлению. Нежить жадно набросилась на воинов. Горцы, увидевшие, как из земли лезут мертвяки, сначала растерялись, но затем желание жить взяло верх, и они стали остервенело отбиваться.

А дальше все пошло как нужно. К ним на помощь поспешили остальные воины. Завязалась кровопролитная битва. Неела поднимала убитых нежитью воинов, и сколько бы горцы ни рубили мертвяков, в ряды нежити вставали их убитые товарищи. Скоро на ров пополз ядовитый туман смерти, выпущенный личами, и накрыл сражающихся. Те, кто был во рву, погибли. А маги и лучники пустились со всех ног наутек. Их не преследовали. Они должны были выжить и стать источником нужной информации для других.

— Все получилось, — произнесла Неела, увидев подошедшего Хойскара. — Спасибо, Хойскар, мы чуть было не проиграли сражение. И все из-за этого маленького говнюка: то выпить дай, то сидит как пень, не шевелится.

— Сама ты дура полоумная, — возмутился пришедший в себя гремлун. — Зачем меня швыряешь как куклу? И это не первый раз…

— А ты шевелись. Сам должен понимать, когда и что делать. Сидишь, вылупив глазенки…

— Хватит спорить, — прервал их перепалку Хойскар. — Вас нельзя одних вместе оставлять.