– Неужели? Что ты предлагаешь?

Венарт поднялся и взглянул в окно.

– Уехать отсюда. Забрать все, что только можно, поднять паруса и убраться как можно дальше от Империи.

Вотц покачал головой:

– Шутишь?

Венарт повернулся к нему:

– Нисколько. Вообще-то эта мысль только сейчас пришла мне в голову. Мы не крестьяне и не ремесленники, мы – торговцы. Большинство из нас чаще бывают на корабле, чем дома. Мы подолгу живем за границей. Трудно найти народ, которому было бы так же легко упаковать вещички и сняться с насиженного места. Если ситуация обострится, мы могли бы просто уплыть на кораблях, уходя от опасности, как кочевники.

Вотц усмехнулся:

– Вижу, тебя прельщает доля вождя Темрая. Да, конечно, гарантированная безопасность, не надо ни о чем тревожиться.

– Море – не суша. Там многое по-другому.

– Но не забывай, что безопасность не может длиться вечно. Рано или поздно Империя начнет строить свои собственные корабли. – Вотц тоже поднялся. – Бегство ничего не решает; мы должны набраться мужества и дать бой. А если давать бой, то самое лучшее место – это Остров. Согласен? У нас прекрасная естественная крепость, более неприступная, чем Перимадея. У нас есть флот, которого нет у них. – Он схватил Венарта за плечо и повернул к себе. – Мы можем победить.

– Я так не думаю, – ответил Венарт. – И, раз уж вы сделали меня главой государства…

– У голов есть одна особенность: они легко слетают.

Венарт удивленно взглянул на гостя, потом негромко рассмеялся.

– Ох, Ран, перестань. Не устраивай мелодраму. Правительство, армия, гражданская война и дворцовый переворот! А ведь мы еще ничего не сделали. – Он сбросил руку Вотца и невесело усмехнулся. – Подумай, как было бы весело, если бы нас было трое. Вот уж порезвились бы.

Бардас с удовольствием подставил лицо свежему прохладному ветерку. Он хорошо помнил, как легко валит людей с ног полуденная жара равнин. К счастью, армия Сынов Неба рекрутировалась из жителей самых разных мест, расположенных в большинстве своем в более жарких краях. И когда капитан Лордан истекал потом и не знал, куда спрятаться от зноя, многие из его солдат кутались в плащи и дышали на озябшие ладони.

Солнце уже взошло, над рекой стояла легкая туманная дымка, и крепость выглядела как слегка смазанный рисунок.

Лучи, падая на водную гладь, придавали ей красноватый оттенок: казалось, река горела.

– Все готово? – спросил Бардас. Инженер кивнул. – Хорошо.

Он встал рядом со взведенным рычагом требушета и взглянул на крепость. Все вокруг затихло, умолкло и застыло, как будто мир ждал от него некоей речи.

– Объявляю войну, – сказал Бардас. – Начинайте.

Инженер кивнул, сначала командующему, затем бомбардиру. Последний резко дернул веревку, и рычаг взметнулся в воздух, как человек, которого вырвали из страшного сна. Орудие задрожало, противовес запрыгал в люльке, жилы скрипнули, а снаряд уже умчался к цели.

Он быстро превратился в крошечную точку, которая остановилась высоко в небе, на мгновение зависла и начала падать.