— Это будет означать трусость и инфантильность, — Криббе поджал губы, глядя с неодобрением. — Нет никакой доблести в том, чтобы пойти путем наименьшего сопротивления. Да, вы в итоге проживете долгую и даже, возможно, счастливую жизнь, но принесет ли это вам удовлетворение?

— Не дави на меня, — я покачал головой. — Я сейчас стою на распутье, просто как легендарный рыцарь, и, поверь, собираюсь сделать выбор, который в конечном итоге станет для меня решающим. Никогда бы не подумал, что все решится именно здесь в Киле.

— Я могу как-то повлиять на ваш выбор, ваше высочество? — тихо спросил Криббе, сбавив обороты, но глядя при этом на меня с беспокойством.

— Можешь, — я еще раз задумчиво обвел взглядом холл, остановив взгляд на очередном гобелене, сохранившемся довольно неплохо. На гобелене был изображен рыцарь, стоящий у живописного пруда и внимательно что-то разглядывающего в его темной глади. Я не владею полной информацией и понятия не имею, что именно он хочет там увидеть, но почему-то ощутил родственность с этим немного растерянным мужчиной, который никак не мог найти что-то очень важное для себя, какую-то точку опоры. — Гюнтер, найди мне что-то хоть отдаленно похожее на кабинет и пригласи всех управляющих, каких сможешь найти. И найди где-нибудь юриста. Мне нужно уточнить у него кое-какой вопрос.

— Я могу узнать, какой именно вопрос вы хотите уточнить у юриста, ваше высочество? — Криббе склонил голову, показывая тем самым, что понял мои поручения.

— Я хочу узнать, можно ли сделать так, чтобы герцогство вошло в состав Российской империи, — я почти принял решение. Теперь все будет зависеть от того, что мне ответит юрист. Я пока не знаю, какой ответ хочу услышать, но зато могу отдать себе отчет в том, что приму его не колеблясь. Ну что же, посмотрим, что из этого выйдет, потому что я готовлюсь пойти ва-банк, отрезая себе все пути к отступлению.

Глава 15

Управляющие, которые были все как один члены городского совета, не принесли мне никаких позитивных вестей. Денег в казне практически не было. При этом все арендаторы заплатили налоги вовремя, да и порты принесли довольно ощутимую прибыль. Вот только что-то из полученной прибыли ушло на содержание городов, что-то на дороги, что-то на сами порты — единственный, как оказалось, реальный источник доходов. На мой вопрос, а на что живут крестьяне, герр Шейндер, бывший главой городского совета, сначала даже затруднился ответить, намекая на то, что тех крестьян… мало, в общем. Но потом подумал и сказал, что Гольштиния славится своими корзинами, даже целые артели есть, которые плетут их, причем разной сложности, и их даже покупают соседи, у которых то ли руки кривые, то ли с сырьем напряженка, но они почему-то корзины может где-то и плетут, но гораздо худшего качества, чем местные. Также он «вспомнил», что в Киле есть небольшая мастерская, где делают черепицу, хорошо делают, к слову, и материал для ее производства имеется, и мастера все просто чудесные.

Да, еще коров разводят, на территории герцогства, прекрасных коров, отдельной породы, которые дают много высококлассного молока. Ну и маслобойни, соответственно тоже имеются. Но молочные продукты шли на нужды герцогства, за пределы их не продавали, просто не знали, как сохранить и довести до места. Я тоже не знал, что можно сделать в этих условиях, потому что всегда был твердо уверен: хочешь перевезти куда-то скоропорт, бери рефрижератор, в чем проблема-то? Я был в этом уверен, так же, как моя кошка, уверена, что еда живет в крынках с молоком, а мыши — это так, игрушки. Так что я ничем не мог помочь не крестьянам, ни себе, если только сыры начать делать. А что, это мысль, причем вполне себе неплохая. Сыр в воск, и хранится он будет достаточно долго. Как раз по дороге к покупателю вызреет окончательно.