— Почему она?

— А помнишь, я тебе эспандер кинул… ну мячик этот. И ты его поймал. То есть траекторию предметов можешь изменять. Это свойство мечников. Скорее всего у тебя синий. Потом, если будешь практиковаться, то расскажешь, как, хорошо?

— Хорошо, — сказал я и поехал в сторону своих комнат.

— Погоди, помогу, — сказала Дзянь и повезла меня к лифту, приговаривая. — Значит у нам синяя ци. Отлично, отлично, о, да.

Я обернулся и взглянул в её глаза, и мне стало не по себе.

Почему? Да потому что это были глаза по уши влюблённой девушки. Причем в меня. Просто одержимой какой-то, вот почему.

— Чан, красавчик… Слушай, а может, ты ко мне в комнату переедешь? Ну чего тебе с этой Сян жить, а? — вдруг спросила она. — Кровать перенесём сегодня, вещи, будем по очереди…

— Дзянь, э-э придержи коней. Типа, она же мой доктор, и всё такое, — начал отмазываться я. — Мне ж ещё восстановиться надо. А ты про кровати тут…

Отмазка неуклюжая, стрёмная, но вполне рабочая, Дзянь поджала губы и задумалась. В общем, заезжал я в комнату в состоянии лёгкой фрустрации. Нет, конечно, приятно осознавать, что я и в текущем теле нравлюсь девушкам, но я хорошо знал такой типаж и понимал, что теперь можно ждать всё, что угодно.

А добавила фрустрации, конечно же, Сян — Дзянь дёрнула ручку ровно в тот момент, когда моя соседка по комнате стояла у кровати и натягивала через голову ночнушку. Разумеется, на голое тело.

— Блин! Закрываться надо! — злобно прошипела Дзянь, захлопнув дверь прямо перед моим носом и едва не прищемив ноги.

В общем, наслаждался я какие-то доли секунды.

— Заходите… Дзянь, спасибо большое, что помогла, я сама думала спуститься… дальше я дальше сама.

— А купать? Завтра, да? Снова? — с надеждой спросила Дзянь.

— Наверное, послезавтра. Спокойной ночи.

Укладывали меня молча, затем, уже когда мы оба приняли горизонтальное состояние, Сян всё-таки продолжила диалог.

— Ты же все увидел.

— Ага.

— Ясно. Ты же в курсе, что это плохо влияет на циркуляцию ци?

— Ага.

Пауза.

— И как?…

— А как может быть? Ты же красивая.

Тему она всё-таки поддерживать не стала, перевела.

— Я тут вспомнила, что мой дядюшка, директор Цао может что-то знать про меняющую цвет ци. Надо ему будет завтра позвонить… Он так и не берёт трубку, я уже переживаю.

— Позвони, конечно. Спокойной ночи.

— Спокойной ночи.

Утром директор Цао на звонок так и не ответил.

Дзянь за завтраком была ещё более странной и загадочной, совсем такой любезной-любезной, что твоя лиса, активно строила глазки и даже почти не агрессировала на Сян. Затем они с Янсеном припахали Сян заниматься какими-то рекламными листовками по поводу смены версии приложения — печатью, нарезкой, отправкой курьерам и расклейщикам. Я же остался наедине и полностью решил потратить той самой культивации, про которую все говорят.

Сперва жамкал мячик, тренируя мышцы руки, затем вспомнил про большой палец ноги. Нашёл акупунктурные точки выше на лодыжке и под коленом, насколько мог, растирал их. С трудом дотянулся и ущипнул себя на палец — лёгкая боль наконец-то почувствовалась, значит, всё шло как надо.

Занятия я устроил в углу гостиной, откуда можно было смотреть фильмы на проекторе, которые включали то Янсен, то Дзянь. По внутреннему каналу показывали сначала какую-то старенькую и наивную, но вполне неплохую средневековую фэнтезятину, отозвавшуюся в душе чем-то из детства Чана.