— В Нью-Йорке тоже охрана была хоть куда. А все ж ее взорвали…

Сенька умолк под тяжелым взглядом командира. Свистюк лишь несколько месяцев назад принял командование отрядом строптивых бойцов, и хотя случались небольшие оказии с субординацией, заставил подчиненных себя уважать.

— Нашу не взорвут. Конечно, если ты будешь добросовестно автомат держать, а не бегать за юбками-любками, как этот…

Майор кивнул в сторону Романа. Тому надоело все время сидеть, понурившись. Он вызывающе поднял голову и прямо посмотрел на Батю. Свистюк поиграл бровью и отвернулся к карте.

— Смена охраняемых секторов не предусматривается. Каждое подразделение изучает подшефное хозяйство вплоть до квадратного сантиметра. И сидим, покуда не отзовут, — продолжил он. — Дежурный первой смены у нас…

— Отставить разговоры в машинах! — напомнила о себе рация. Майор покосился на нее и умолк. Творилось что-то загадочное. И глупое в придачу.

— Может, комбриг вечернюю дозу принял? — предположил кто-то из бойцов, тихо посмеиваясь.

Все знали, что полковник Орлов не в ладах со спиртным. Не выпьет — становится очень вспыльчивым и непредсказуемым. По слухам, высшее командование подумывало отправить Орлова в самую отдаленную часть. Но приказ о переводе все не поступал — уж слишком хорошим тактиком считался полковник.

— Заткнись, — шепнул Рыжий, прислоняя пятнистую голову к едва колышущемуся тенту. — Там разговаривают.

Во внутреннем дворе между вторыми и третьими воротами активно переговаривались. Шумели десятками голосов. Жужжали разматываемые кабеля, топотали ногами, вертели металлическими рукоятками. «Раз-раз, — бормотал кто-то. — Раз-раз».

— Спутник готов?

— Погоди еще секунд двадцать — заканчивают калибровку.

— Проверьте звук еще раз.

— Бу-сдел-но, — бойким мальчишеским голоском, что, вероятно, означало «будет сделано».

Опять повторили:

— Раз-раз.

— Подними фонарь повыше! Еще немного. Теперь левее. Да левее, тупица! Не знаешь, где право, а где лево?

— Фонари и спутники, — присвистнул Молодой, с видом мыслителя потирая брови. — Там у них действитэлна охрана высшего разыряда.

— Не охрана это, — поправил его Грифович. — Охрана — это мы. А на дворе лишь безголовые цивильные, которым не доверю охранять даже собственный ночной горшок.

— У тебя есть горшок? — хмыкнул Рыжий. — Не знал, что твоя мамаша…

— Тихо, вашу машу! — сдавленно цыкнул Батька. — Сказано молчать! Там, кажется, репортеров понаехало. Не хотят нас с ними знакомить.

Во внутреннем дворике станции было полно журналистов… Матерые журналюги в разноцветных рубашках и футболках над объемистыми животами, бородатые операторы, слегка пригибающиеся под весом камер; несколько мальчишек-помощников и парочка симпатичных девиц-телеведущих из вечернего онлайн-шоу.

— Людка, давай! — важно скомандовал кто-то. — Три, два, один…

— Добрый вечер, дорогие интернет-телезрители! Снова в эфире срочная лента новостей «Гром-инфо»: едва в мире блеснет молния событий, как мы, подобно грому, доносим эту новость до всех подписчиков канала. С вами за происходящим наблюдаю я — Людмила Батурина…

— Видел эту девчонку, — многозначительно округлил глаза сержант Грифон, поднял большой палец вверх. — Во! Там такие… кхм… — закашлялся, столкнувшись взглядом с майором.