Изменить размер шрифта - +
Присев у прозрачной стены, стала наблюдать за слугой. Тот подремал еще, продал оставшиеся склянки подошедшим горничным богатых горожанок. Выложил на прилавок еще несколько флаконов с разноцветными жидкостями – как раз, когда заметил приближавшихся к прилавку гречанок. Те застыли от удивления, принялись рассматривать диковинные флакончики. Паренек – а «мужичонка» при ближайшем рассмотрении оказался скорее молод, чем стар, – помог вскрыть их, поднес к запястьям иноземок, и несколько раз коснулся. Неждана догадалась – ароматные масла́, настроенные особым способом на травах и оливковом жире, такие у матушки были. Гречанки, защебетав наперебой, стали предлагать друг другу понюхать свои запястья, говорили возбужденно, смеялись от восторга. Малый только кивал, да нахваливал товар: княжна не слышала, что он говорит, но могла догадаться по довольной и нагловатой физиономии слуги.

Добившись от иноземок покупки, он отсчитал барыши, сорвал с крыши пучки оставшихся трав и бросил их в корзину. Заперев лавку, направился вдоль рядов.

Неждана, подобрав юбки, поторопилась за ним. Пробегая через ворота, едва не совершила непоправимое – не сказала слово-оберег.

– Чернава…

«Чернава» – подхватил могильный ветер.

«Чернава» – рассыпалось битым стеклом о камни.

Княжна выскользнула наружу, побежала следом за низкорослым, смешно одетым пареньком.

К старухе подошла ее товарка, такая же старая, морщинистая и седая.

– Неужто решилась ты?

Старуха сперва не ответила, качнула головой, рассыпав по плечам пепельно-серые патлы. Оправила платок на голове:

– Поживет – увидим…

 

21

 

Княжна торопилась за низкорослым пареньком, но старалась держаться от него в отдалении. Тот неторопливо прошел вдоль аптечного ряда, свернул в сладкие ряды, остановился у лотка с леденцами. Долго и придирчиво выбирал леденец и купил в итоге малинового «петушка», расплатившись с торговцем пучком травы из корзины. Неждана отчетливо видела, как леденец в руках странного человечка раздвоился в руках. Один он сунул за пазуху, второй – сняв пылинки с липкой поверхности – отправил за щеку. Так, припевая и пританцовывая, глазея по сторонам, весьма довольный собой, он нес пустую корзину с ярмарки. Дойдя до последнего ряда, огляделся, будто почувствовав пристальный взгляд княжны или услышав ее шаги. Девушка едва успела отвернуться к лотку с лентами, схватила первую попавшуюся.

– Желаете купить? – спросила молодая турчанка в красивой золотисто-красной чадре.

Княжна рассеянно кивнула, вложила в ладонь торговки монету и убрала ленту в лакомник. Взглядом она уже искала паренька, но не находила его. Сердце упало, забилось горлицей у горла – паренька нигде было не видно.

«Ну как же так!» – простонала.

Она выскочила к последним ярмарочным рядам, где они почти смыкались с раскинутыми приезжими купцами шатрами. Яркое солнце на пологе, особые колья с двойными зазубринами, на пеньке присели две девчонки, лакомясь леденцами. Нескладного мужичка с его нелепой шляпой нигде не было видно.

И тут заметила ее – его нелепую шапку: та мелькнула уже у опушки леса. Как человечек так быстро добрался до леса, она не знала, но бросилась за ним, надеясь только на то, что тот не торопится.

Быстрый переход