|
Старуха снова стала страшной и отвратительно неопрятной. Прислушалась:
– Что-то чую… – она схватилась за горло, оторвала ягодку рябины и отправила ее в рот – ягода лопнула с жирным чавкающим звуком, по губам старухи потек густой алый сок, стекая с уголков по подбородку и заливая грудь. Слишком много для одной полусухой ягоды…
«Если, конечно, это ягода», – Неждана с ужасом подняла глаза на Лесьяра. Тот прищурился, сделал вид, что не заметил, только чуть подтянул к себе ближе и загородил собой.
Деревья содрогнулись. Из леса потянуло тиной и тухлым мясом. Неждана перестала дышать, не в силах отвести взгляд от того, что к ним приближалось.
– Не смотри ей в глаза, – прошептал Лесьяр и поставил боком, так, чтобы девушка могла спрятаться за ним.
Голос его прозвучал глухо, Неждана даже не разобрала слов: из-за вершин обугленных елок показалась черная голова Жницы. Длинные руки раздвигали верхушки деревьев.
Яга перевела удивленный взгляд сперва на Неждану, потом – на Лесьяра. Проговорила:
– Это Жница… Ты не сказал, что мать твоей подруги обернулась в Жницу.
Она с досадой цокнула языком. Аптекарь безмятежно пожал плечами:
– А это имеет значение? Она – не людского мира, значит, ты ее должна забрать в Кощеево царство. Это твоя работа. И я тебе за нее обещал щедрую оплату, – он покрутил между пальцев флакончик с золотистой жидкостью.
Их разговор – словно сквозь пелену сна: Неждана смотрела на замершее на опушке существо. Жница стала выше с момента «рождения». Кожа стала гладкой, черной, будто густо смазанной смолой. Морда вытянулась, сильнее напоминая теперь голову саранчи с оттопыренной нижней губой, острыми жвалами и круглым омерзительным ртом. Под ребрами, в прозрачном пузыре, в мутно-зеленой слизи барахталось что-то живое. Неждана почувствовала, что ее сейчас стошнит – это был перепел. Сделав еще несколько безуспешных попыток вырваться наружу, он дернулся в последний и раз и опустился на дно пузыря.
Яга хмыкнула, покосилась на девушку:
– Н-да, ну и работку ты мне подкинула… – она перевела взгляд на Лесьяра: – Получится или нет – не скажу, я такое за все триста двадцать годков в первый раз вижу. А потому, коли худо будет, девку свою уводи, да подальше.
– Понял, – юноша кивнул.
Яга с сомнением хмыкнула, пробормотала:
– Не понял еще, но так поймешь. – Она выставила вперед указательный палец, посмотрела с укором. – В девке этой главная отгадка Жницы. Я тебе так скажу, Лесьяр – она сказала тебе хорошо если половину правды, которую знает сама. А сама она еще и не все знает… Вот так-то, вот и думай.
И, словно забыв о людях, она направилась к застрявшей между елей Жнице. Неждана дернула аптекаря за рукав:
– О чем она говорит? Я все рассказала.
Тот мрачно на нее взглянул, пробормотал:
– Там видно будет.
Яга двинулась к Жнице. Она будто летела над травой, двигалась стремительно и бесшумно – под ней не шелохнулась ни одна травинка. Подойдя к опушке, вырвала из земли ствол черной ели, не отпуская взглядом Жницу, отломила сухие ветки и отбросила их в сторону.
– Господарь Великий Велес, бело к живу обрати, черну нечисть не пусти, заведи за ровен круг, чтоб спустила она дух, – кончиком елки Яга чертила вокруг себя крутую дугу. |