— Так вот, — нисколько не смущаясь этим обстоятельством, продолжил Сергей. — Прежде всего нам нужен начальный капитал — тысяч пятьдесят долларов. Лучше сто. Но это я постараюсь раздобыть в ближайшее время.

— А что потом? — наконец-то стал проявлять интерес Гена.

— Потом… — Сергей выдержал паузу, как хороший актер. — Потом мы пойдем в Мавзолей и похитим мумию Ленина.

Черепков смачно сплюнул на землю и полез в карман за сигаретами.

— Я всегда знал, что ты идиот, — обстоятельно доложил он. — Зачем нас только свела судьба в пионерском лагере двадцать лет назад? Ума не приложу. Может быть, чтобы мне труднее жилось на белом свете?

— Наоборот. Чтобы ты не заблудился в потемках. Ладно, продолжаю. Видишь ли, мой юный друг, тело нужно предать земле, а то не по-людски выходит, не по-христиански. Кроме того, рано или поздно это сделают без нас. А так мы избавим Россию от висящего над ней рока, поскольку гений и сейчас живее всех живых. Но мы не станем хоронить мумию. Мы загоним ее американцам. Они и так скупили у нас все, что только можно. Остался Ленин. Купят за любую цену, потому что дураки. И тогда он будет выпускать свои бессмертные флюиды уже там, где-нибудь на Потомаке. Поглядим тогда, что произойдет с Америкой лет этак через двадцать. Срок вполне достаточный, чтобы перевернуть у них все вверх тормашками.

— За что ты так не любишь Америку? — усмехнулся Гена.

— А что, заметно? Нет, повелитель питонов, я ее по-своему обожаю, готов проглотить и выплюнуть. Впрочем, она не баба, чтобы ее любить. И это не относится к делу.

— Все твое дело — бредовое.

— Согласен. Но мы ведь и живем сейчас как в бреду. Мы галлюцинируем, смотримся в кривые и разбитые зеркала и дышим зарином. Так что все в порядке. Моя идея — в духе времени.

— Ладно, надевай маску Ельцина, работать пора.

— Погоди. Сначала ответь: ты со мной?

— А как ты собираешься провернуть всю эту… операцию?

— Это уже другой вопрос, отдельный. Не волнуйся — в лучших большевистских традициях: взять Мавзолей штурмом, на броневике. Ленину мой замысел понравился бы. Может быть, захватить заодно из Кремлевской стены чью-нибудь урну? Какого-нибудь Куйбышева или Вышинского на худой конец?

— Не остри, говори серьезно.

— Под покровом ночи. Когда город спит и видит тревожные сны. Мы спустимся с неба, подобно ангелам, на воздушном шаре в виде летающей тарелки, одетые в космические комбинезоны, с факелами в руках и…

— И прямиком отправимся в Кащенко, — перебил друга Гена.

Умный питон согласно кивнул головой, обвив плечи хозяина. Сергей перестал улыбаться, глаза его стали более серьезными, в них даже появилась какая-то задумчивая печаль. Он почему-то достал изготовленное Черепковым удостоверение и понюхал его.

— Пахнет кожей, типографской краской и чуть-чуть жасмином, — произнес он. — Этот запах и сыграет в нашем деле главную роль… Да, Гена, план у меня конечно же немного иной. И касается он, возможно, совсем другого мавзолея. Но об этом ты узнаешь в следующий раз.

Глава десятая

ОБЪЕКТ ПРИСТАЛЬНОГО ВНИМАНИЯ

Пока Света и Мила разглядывали антикварные статуэтки, а Сергей Днищев жарился под горячим солнцем с питоном на шее, элегантная жена хозяина магазина, оставшись в кабинете одна, достала из сумочки вчерашнюю бумажку с номером телефона. Только что ее муж, Олег Кожухов, отбыл по своим коммерческим делам и должен появиться дома лишь поздно вечером. Самое подходящее время позвонить… Но Полина все еще колебалась, как бы проверяя себя: правильный ли выбор она сделала? Она не хотела ошибиться, поскольку на карту было поставлено очень многое.