Он давил остриём своего наручного клинка ей на грудь, но её щит не поддавался.

В её голове за мгновение пронеслось несколько вариантов. Инстинктивным было использовать удар чистым эйсаром, заставив мужчину отправиться в полёт — но тогда ей всё равно придётся найти его потом, и убить. Второй её возможностью было использовать собственную волю для усиления мышц — тогда она, наверное, сможет его перебороть.

Но затем её взгляд упал на татуировку у него на шее.

Произнеся командное слово, она посмотрела, как он обмяк, и упал замертво у её ног. Такая победа не принесла удовлетворения, но на их стороне был численный перевес, и она всё ещё понятия не имела, чего они добивались. Перешагнув через тело, она двинулась вперёд, ища следующего противника.

* * *

Было слишком холодно, чтобы маленькие дети могли находиться снаружи. Так Бриджид сказали бы, когда она была маленькой, но у неё были преимущества, которых её родители были лишены.

На земле лежал снег, но ни Инара, ни Элдин не чувствовали мороз в воздухе. Она поддерживала вокруг каждого из них оболочку из тёплого воздуха, пока они хихикали, играя со снегом. Конечно, тепло заставляло снег таять гораздо быстрее, чем обычные варежки, но это ничего не портило.

Элдин был в восторге, наблюдая, как снег начинал таять почти сразу же, как он его хватал.

Даже если бы Элдин мог удержать снег, они с сестрой были слишком маленькими и плохо скоординированными, чтобы слепить из него что-то узнаваемое, поэтому Бриджид взяла эту задачу на себя. Используя свой эйсар, она зачерпывала снег, и лепила из него фантастические фигуры. Она была лишена художественного мастерства Вайолет, но детей удовлетворяли её грубые снежные лошади и прочие простые животные, а потом она переключилась на геометрические формы — кубы, квадраты и эллипсоиды.

Инара была особо очарована, восторженно наблюдая, пока Элдин тратил половину всего своего времени на попытки схватить снег руками.

Подошедший к ним мужчина был крупным, крупнее большинства, и был ростом почти в шесть с половиной футов. Как и многие люди из рабских лагерей, он был покрыт шрамами — свидетельствами о битвах, которые он перенёс, прежде чем стать надзирателем.

Из-за его роста Бриджид и раньше его замечала — она даже вспомнила его имя, Бо́лгэр. Она слегка кивнула, когда он подошёл ближе, сосредоточив внимание на вдохновлённых снегом играх.

Он, похоже, хотел понаблюдать за ними, и она была готова его проигнорировать, пока он не подошёл слишком близко к Элдину. Он был прямо рядом с малышом, и ей это было не по нраву.

— Тебе следует идти дальше, Болгэр. Тириону не понравится, что ты слишком близко подходишь к его детям, — предупредила она.

Он спокойно взглянул на неё:

— В Баратрэа я почти не видел детей. Я не собирался ему вредить. — Нагнувшись, он мягко похлопал Элдина, ощущая ладонью мягкие волосы мальчика.

С другой стороны подошло ещё двое незнакомцев, и Бриджид на секунду перенесла своё внимание на них, опознав в них ещё двух рабов, трудившихся в Албамарле и его окрестностях. Донёсшийся до её ушей хруст заставил дрожь холодного ужаса пробежать по её спине.

Рука Болгэра сжимала шею Элдина, и голова малыша вяло свисала, капая слюной с губ и подёргивая ресницами.

Бриджид была ошарашена, не в силах поверить глазам, но её реакции это не помешало. В её горле зародился нечленораздельный вой, крик потерявшего нечто дорогое животного. Болгэр привёл в действие свои татуировки, накрывая себя щитом, и направился к Инаре, вытянув наручный клинок.

Воля Бриджид подняла его с земли, и вогнала в каменную стену задней части дома Тириона. Его щит выдержал, но сила столкновения была столь велика, что Болгэр потерял сознание — из его ушей и носа потекла кровь.